Тень за спиной

Она говорила… — еще один судорожный вздох, — она говорила, что мечтает отправиться в путешествие, она ведь никогда не выезжала за пределы Ирландии, говорила о колледже. У нее от этих мыслей просто дух захватывало. Аш будто вышла из комы, в которой провела пятнадцать лет, и теперь не могла наглядеться на солнце. Она… — Голос Люси дал трещину.

Она опустила голову и принялась скрести еще одно пятно краски с таким остервенением, что могла расцарапать колено сквозь ткань. Уж не знаю, какую игру она затеяла, но эта игра ее доконала. Люси прекратила терзать колено и, внимательно разглядывая свои ногти, спросила:

— А как… Ну этот человек. Что он с ней сделал?

— Мы не можем раскрывать детали по соображениям следствия. Единственное, что я могу сказать, — она не страдала.

Люси открыла было рот, чтобы добавить еще что-то, но это усилие оказалось ей уже не по силам. Слезы закапали на штаны, расплываясь пятнами. Порядочней было бы уйти, оставить ее одну, дать справиться с первой волной горя, которая накрыла ее. Мы не тронулись с места. Она держалась еще почти минуту, а потом разрыдалась.

Мы со Стивом отыскали коробку с салфетками, наполнили стакан водой, спросили, не хочет ли она позвать кого-то, чтобы побыл с ней, понимающе покивали и никуда не ушли, пока она не сумела выдавить, что хочет побыть одна. Когда же она снова обрела способность говорить, мы попросили ее составить список всех бывших приятелей Ашлин. Их оказалось аж трое, включая некоего Джорджа, с которым Аш перепихивалась целых две недели, когда ей было семнадцать. А девчушка-то была той еще гуленой. Кроме того, Люси составила список всех, кто присутствовал на презентации книги. Мы спросили, для проформы и чтобы не оставлять хвостов, где Люси была вчера вечером. Она была в театре. Пришла в полшестого и все время находилась на глазах у многих до окончания представления, уже после десяти. Затем всей компанией они пошли в паб, откуда вывалились лишь после полуночи и где-то около часу ночи завалились сюда, с осветителем и парой актеров. И угомонились лишь часа в четыре. Мы — я имею в виду практикантов — проверим эту историю, но она наверняка окажется правдивой.

Я уже собиралась зафиксировать показания, как вдруг Стив сказал:

— Возьмите наши визитки.

Он посмотрел на меня. Мне ничего не оставалось, как заткнуться и достать свою визитку.

— Когда будете готовы дать официальные показания, просто позвоните нам.

Люси безразлично приняла карточки.

— Люси, не разговаривайте пока с журналистами, — предупредила я. — Серьезно. Даже если вам кажется, что ничего такого важного вы не говорите, это может сильно навредить следствию. Хорошо?

Козел Краули все еще сидел у меня в голове.