Тень у порога

Досталась им в общаге отдельная комнатка, выделили остальные-то. Как молодой семье. Детей ей бог не дал, а к Машке она относилась с такой теплотой, будто та ей родная. Однажды сестра свинкой заболела, да так тяжело… Так Фимка все время после работы у нас проводила – выхаживала. Как будто и не спала все то время. Как только на работе держалась, не знаю. Святая женщина!

– Неужели болезнь оказалась настолько серьезной?

– Не от свинки померла-то она. Позже… Мне тогда четырнадцать исполнилось. Чуть младше Ксюшки я была, – Антонина Петровна кивнула на окно, выходящее во двор. – Такая же дура, прости господи! Я в тот день в кино собралась. Нас с подружкой два одноклассника позвали. Это не то что сейчас, все доступно: хошь пульт в руки бери, хошь телефон. А тогда это было целое событие! Конечно, я согласилась. Машку дома оставила – ей почти семь было. Краски ей дала, альбом. Да она уже и без этого самостоятельная была. Мать на работе, она в ту пору две подработки имела. Все говорила: скоро Машке в школу, а Тоньке в невесты. Хоть я тогда и не стремилась. И с мальчиками-то в кино пошла не потому, что меня они интересовали. Фильм хотела посмотреть, вот что… Пришла я с того фильма домой, а Маруси нет. Я сперва не испугалась даже. Поискала во дворе да решила в общаге проверить. Хоть и знала, что Мартин с Фимкой на работе в это время. Но Маруся и без них могла пойти, ключ запасной у нас в доме хранился. Фимке из Германии наследство передали: часы. Красоты необыкновенной: домик резной, с башенкой и балконами. Внизу звери да деревья, а наверху – кукушка за дверцей живет. Мы игрушек-то таких сроду не видели, а тут – часы краше всякой игрушки. Так вот, Маруся могла их часами разглядывать, глаз не сводила. Табурет подставит, на носочки встанет, фигурки потрогает. Бережно, чтобы не испортить дорогую вещь.

Я сразу догадалась, что речь идет о тех самых часах, которые сейчас висят в гостиной Ольховых и периодически пугают хозяйку, да и не только ее.

Старушка поднялась с кровати, посмотрела на фотографию, где они были втроем с матерью и сестрой, и продолжила:

– Там я ее и нашла. Она лежала у стены… На жиденьких волосенках кровь, рядом те самые часы и куски штукатурки. Говорят, на час я опоздала тогда, всего на час… На половину фильма…

Она замолчала, глядя в одну точку.

– Но что случилось с Машей?

– По всему выходило, что она сидела у стены под часами, а они возьми и упади прямиком на ее несчастную детскую головку… Это сейчас дом выглядит крепко, а тогда внутри и стены прогнившие были, и пол с дырами… Вот, видать, и не выдержала хлипкая стена тяжелых часов.

Я тут же вспомнила, насколько увесистыми показались они мне, когда я сегодня попыталась вернуть их на место после Димкиной ревизии.

– Мне очень жаль, – я с трудом подбирала слова.