Поймать Тень

Мне тоже кушать хочется. Данте рассказывай.

Синеволосый асур вздохнул, отложил бутерброд и начал рассказывать дальше:"

"— Ну, решили наши мудрецы, раз есть королевство, должна у короля быть хоть одна дочь, которая пойдет замуж за такое рогато-хвостатое чудо, как асур. Но короли нам все время отказывали, не нравились мы им. Пару столетий назад положение в царстве резко ухудшилось, появились кое-какие проблемы, и нашей власти стала угрожать реальная опасность. И надо было такому случиться, что именно в разгар всей этой баталии у нашего владыки, наконец, рождается наследник, хотя этого уже давно никто не ждал. Чтобы спасти ребенка, были приняты кое-какие меры. Наследник родился, а вместе с ним на свет в тот же день появились еще три ребенка мужского пола. И наш правитель забрал их из родного дома и вырастил со своим сыном наравне. Все дело в том, Лилит, что до определенного момента даже мы сами не знали, кто из нас наследник, а кто его тень. Нас растили на равных, и даже отец никого никогда не выделял. Он стал нам родным, для всех четырех.

— Но зачем?

— Сама подумай, — хмыкнул Аскар, — когда в стране смуты, кого легче убить — одного наследника или четырех. Нас так вырастили — мы друг за друга убьем любого. И поверь, воевать с одним асуром, пусть даже с наследником, куда проще, чем с четверкой асуров, натренированных для подобных боев. Это страховка. Нас четверо, но наследник-то один. Когда ему придет время сесть на трон, трое отойдут в сторону, и преданней телохранителей, советников и друзей будет не сыскать. А сейчас мы тени друг друга и самих себя. Мы даже разлучаться надолго не можем. Просто потому что начинаем волноваться и тосковать. Я же тебе говорил — мы ближе, чем иные братья. Потому что нас воспитывали как одно целое.

— Но вы-то знаете, кто есть кто? — ткнула я в них вилкой.

— Не так давно, как хотелось бы, — наморщил нос Зак.

— И кто?

— Я! — хором ответили асуры.

— А другого ответа никто и не получит, — тряхнул своей гривой Аскар. — это тоже входит в нашу обязанность. Кто бы ни спросил, и как бы ни спросил, ответ един. А спрашивать могут по-разному, может любимая женщина, лежа в постели, а может и каленое железо. Это не важно.

— А как же невеста?

— Тут сложнее, — посмотрел на меня Бальтазар. — Понимаешь, девочка, мы и сами сбиты с толка. Отец никогда нам раньше не говорил о своем договоре, а мы и не спрашивали. Просто не одно поколение наши послы приезжают в Вольск и просят у короля руки его дочери. Но раньше нам всегда отказывали. И тут приходит Гремори и говорит, что вольскому принцу требуется помощь. И у владыки царства появляется идея. Он заключает договор с вашим отцом. Ждет, когда его сын повзрослеет и достаточно созреют для таких дел вольские принцессы.