Поймать Тень

 — Еще чего, чтоб при приближении нежити они расцвели буйным цветом.

— Как хочешь. Справишься? — уже в который раз спрашивал он.

— Идите, учитель. Ведь спугнете. Я больше такого плача прощального, как устроили мне в этой деревне, не выдержу.

— Учитель? — тихо сказал Полуден и коснулся моей щеки. — Всегда лишь учитель.

Я удивленно посмотрела на него, совсем обалдев от этого тона.

«Ну надо же!» — подумала я, прежде чем ощутила шевеление листочков на руках.

— Он идет, убирайтесь же.

В общем, ничего приятного.

Потом начались вообще чудеса.

Полуден не отходил от меня ни на шаг, я даже шарахаться от него начала. Вот, думаю, дожили! Совсем с ума сошел наш великий и могучий.

А однажды, когда мы опять таки сидели в засаде на одном не очень приятном кладбище, Эрик, воспользовавшись моей сосредоточенностью на другом предмете, довольно профессионально подмял меня под себя и принялся целовать. Я с пару минут подождала. Нет, отнюдь мне не понравилось, просто хотела понять, смогу ли я хоть что-то почувствовать. В итоге заключила, что если что и чувствую, то мокрую землю под спиной, промозглый весенний ветерок, залезающий под одежду вместе с руками мага, и… мне почему-то в кустики ближайшие захотелось, видно, не стоило пить столько кваса накануне.

Попытки отодвинуть назойливого мага успехом не увенчались, колдовать нельзя — нежить почувствует, вот и пришлось действовать проверенным способом. Я резко согнула ногу и коленом заехала Эрику в самое уязвимое место.

И тут же поползла в ближайшую растительность, сказав лишь многообещающе:

— Ща вернусь, продолжим. Больше я квас не пью.

Когда я вернулась, Полуден все еще не разогнулся, а сидел на коленях и напряженно дышал. Больно вышло, наверное.

— Теперь можно продолжить. На чем мы остановились? А, вот, — я отвесила ему пощечину всей ладошкой, добавив самую малость магии.

Думаю, в ту ночь меня вполне могли привлечь за избиение учителя. А это в магических кругах карается очень строго. Благо домогательство собственных учеников вообще облагалось таким позором, и через сотню лет припомнят.

Возвращались мы не в лучшем настроении. Меня волновало окончание учебы, возможность подержать свой диплом в руках, бал выпускников. Ну и конечно… Нет, не будем об этом думать.

Элоиза вот-вот должна родить мне первого племянника, Беатриче передала ей письмо и пожелание легкого разрешения.

Сестры уже вышли замуж, старшая — за принца, средняя — за графа Константина. Сейчас папочка готов сосватать Присцилу. Скоро дойдет и до Симиллы. Только меня давно здесь не будет. Я буду далеко, в волшебной стране, рядом со своим любимым… мужем.

Наверное, я улыбнулась при этой мысли, потому как Эрик покосился в мою сторону.

— Хочешь домой?

— Еще бы! Нас два месяца не было.