Тень невидимки

— Это не бомба, — сказал голос.

Он что, мысли его читает?"

"— Чтобы убедиться, что я не вру, слейте из топливной системы керосин. И поставьте в холодильную камеру на десять минут. Я перезвоню…

Гудки.

«Первый» сунул трубку Главному Охраннику в руку, словно она раскаленная была.

— Слышал?

— Я сомневаюсь. Я думаю, что это…

— А ты не думай. Распорядись, чтобы слили керосин. И поставь его в холодильник. Ступай.

— Есть, — автоматически ответил Главный Телохранитель, хотя никогда, по крайней мере очень давно, не отвечал так.

— Вот и иди. С глаз долой.

Керосин слили. В простую пластиковую, какая нашлась, бутыль. Отнесли в буфет, где сунули в морозилку. Засекли время. Через пятнадцать минут вытащили.

Маму твою и папу тоже!..

Керосин застыл. В лед. В монолит. Ломом не расшибить!

— Керосин замерз, — доложили Главному Телохранителю.

— Вы уверены? Может, просто загустел?

— Какой загустел: его только если кувалдой.

Твою дивизию!

Главный Хранитель Главного Тела сел, где стоял.

Вылет борта должен был состояться через два часа. И все они, и «Первый» тоже, должны были сесть в этот самолет, вырулить на взлетную полосу и… Через двадцать-тридцать минут борт наберет требуемую высоту, займет свой эшелон, температура за бортом упадет до пятидесяти градусов, керосин начнет охлаждаться, густеть, потом застынет, забив все трубопроводы ледяными пробками, движки чихнут и встанут. Разом. Всё! И самолет, качнув крылом, свалится в штопор и устремится вниз, к земле. Камнем! Без двигателей самолеты не летают. Это вам не фанерные бипланы. И все, кто будет в том самолете, включая «Первого», врежутся в земную твердь на околозвуковой скорости. Так что от них даже кусков, какие в гроб можно положить, не останется. Воронка останется, в качестве братской могилы. Такие перспективы…

— Ну? — спросил «Первый». — Что там с керосином?

— Он замерз, — ответил Главный Телохранитель.

— Замерз?

— В лед. Если бы самолет… если бы мы полетели, то двигатели заглохли бы через двадцать минут.

«Первый» напряженно смотрел на своего Хранителя, который не сумел его сохранить.

— То есть это не блеф?

— Нет. Я не знаю как, каким образом, кто… Но они превратили авиационный керосин в воду.

— Но ты утверждал, что никаких шансов. Что самолет, что керосин проверяются.

— Проверяются.

— Тогда как они могли?

— Не знаю…

— Не знаю, как и куда тот гад пропал из больницы, не знаю, как керосин превратился в воду… А что ты тогда знаешь?! — зло спросил, почти прокричал «Первый». — Какая-то шайка мелких уголовников утирает тебе нос. Уши режет! Члены! Сбегает из самых рук. Керосин водой подменяет… Ты понимаешь, что если бы он не позвонил, если бы не предупредил, все мы, я через два часа плюхнулись бы на землю. Что все бы мы подохли. Через два часа.