Тень моей хозяйки

Густо-синее море ласково облизывало песчаную отмель, и на миг мне показалось, что всё вокруг потеряло опору, всё качается в такт приливу — и лодки, и причалы, и убогие хижины рыбаков, и серые камни гор.

— Эй, шевелись живее, как тебя там! — Один из телохранителей хозяина грубовато подхватил меня за локоть и повлёк вперёд.

Я покрепче сжала в руках холодную цепь, которая свисала теперь с моего ошейника. Она, конечно, никуда не денется, но не хотелось бы наступить на её конец и растянуться на мокрых камнях причала. Перед тем, как спуститься в лодку, я всё-таки не сдержалась и оглянулась.

Мне было жаль прощаться с Феллой. Пусть наш остров — всего лишь кусок пустой породы, затерянный среди солёных вод залива Амари, пусть здесь живут лишь седые и надменные повелители воды и камня, пусть нет здесь ни прекрасных садов, ни диковинных животных или птиц, как на островах, что лежат южнее, но я любила это место. Я прикипела к нему всем сердцем.

Магистр Гедрис и его жена хорошо относились ко мне. У меня была отдельная комнатка, меня досыта кормили, одевали, я работала с утра и до вечера, но в обед мне можно было прогуляться по побережью или подремать на солнышке. Меня никогда не били и не привязывали к столбу, не наказывали плетью или палкой, а хозяйка даже разрешала мне читать некоторые книги из тех, что стояли на стеллаже в гостиной. Но главное, наверное… Хозяева не позволяли ни охранникам поместья, ни свободным работникам прикасаться ко мне.

Не всем девушкам Феллы так повезло с хозяевами. Я знала, что другие магистры частенько делают юных рабынь своими наложницами, а когда они надоедают — отдают в публичный дом или отправляют на тяжёлую работу. Мне удалось в свои девятнадцать лет остаться нетронутой, и предчувствие, что веллирийский аристократ вовсе не будет церемониться со мной, сдавливало грудь так, что становилось трудно дышать.

— Ты слишком бледна, — сказал мне магистр Гедрис, когда мы уже сидели в лодке.

Он шевельнул рукой, и плоскодонная посудина мягко заскользила по воде. Маленькое течение, созданное магией, понесло нас в сторону юга, туда, где виднелись покрытые зелёными шапками лесов Минтта и Лулла. Мы ехали в Минтту — торговый центр Края Тысячи островов. Там, на специально отведённых площадях, располагались базарные ряды и палатки, а также рабский рынок.

— Посмотри-ка на меня! — Хозяин коснулся моего подбородка отполированным малахитом, венчающим его короткий дорожный посох. Я послушно подняла взгляд. — Ты должна улыбаться.

— Я буду скучать по вашему острову, господин Гедрис, — искренне сказала я. — Вы были добры ко мне все эти годы.

— Ты не доставляла мне никаких проблем, девочка, — усмехнулся он. — Я дам тебе лучшие рекомендации.

— Благодарю вас, магистр. — Я снова склонила голову.