Тень Миротворца

Двоих из отделения, ни за понюх табаку… Прошляпили германцев как…два пальца об… в бога, в душу и его апостолов! Предупреждал же подъесаул!

Ладно, потерявши голову, по волосам не плачут. Хотя чего это я? Какая голова? Ходу, ходу!!!

Капитана-то я дотащу, не вопрос, но вот нарастающий шум голосов откуда-то сверху оврага меня начинает напрягать. Похоже, кто-то из нападавших заметил мой манёвр с попыткой скрыться в терновнике. Эх, была б зелёнка, как зелёнка, а не это весеннее убожество, можно было бы и в казаков-разбойников поиграть, а так выхода особого нет. Надо стряхивать хвост.

Продолжая пробираться вдоль топкого берега, а приметил за очередным поворотом ручья довольно глубокую промоину в земляной стене русла, оплетённую корнями кустарников. Вода после таяния снега значительно спала и её уровень не доставал до небольшой, правда, сыроватой, земляной площадки около пяди.

Быстро снял разгрузку, стянул порванную шинель, расстелив её на земле и уложил капитана, убедившись, что тот спит глубоким медикаментозным сном. Мда, вашбродь, проспите всё веселье… Оставшись в гимнастёрке с бронежилетом, снова накинул разгрузку, проверил наган, ножи, вынул из чехлов обе лопатки, затянул подбородочный ремень шлема. Жаль, конечно, что все гранаты извёл. Всё же рациональнее было бы разобраться с гансами без лишнего шума. Карабин решил оставить рядом с капитаном и аккуратно высунулся из-за поворота, прикрываясь пучком корней, торчащих из размытого склона.

— Мда, чёта многовато вас для моей первой рукопашки, херы… — метрах в двадцати пятеро немецких солдат с карабинами наперевес осторожно продвигались по руслу, вертя головами на триста шестьдесят градусов.

— Нем айнен оффицир либент! — прошипел идущий впереди судя по серебристым нашивкам на погонах гефрайтер.

Ага, офицера тебе подавай, кандидат херов? Блажен будь, Миротворец. Тогда лови привет уже от русского ефрейтора! Кто не спрятался…

На этот раз переход в сверхрежим произошёл практически мгновенно. Не знаю, чего ожидали эти кайзеровские пехотинцы в бескозырках с красным околышем. Но касками, мужики, всё же пренебрегать нельзя. Даже если идёте на охоту за ранеными противниками.

Лезвия штыков только начали разворачиваться в мою сторону, а я уже раскачивал маховик смерти среди солдат противника, проскользнув справа, между гефрайтером и рослым конопатым рядовым в очках. Командиров следует валить первыми — это азбука. Пока край остро заточенной лопатки рассекал трахею и щитовидный хрящ несостоявшегося кандидата в унтер-офицеры, удар моей правой ноги с хрустом проломил грудную клетку конопатому. Толчок, глубокий присед — и по моей каске проскрежетало лезвие штыка третьего ганса.