Темный

Причем не только из нашего подразделения. Судя по нашивкам, которые удалось разглядеть, помимо нас здесь 22-я бригада на тяжелых «Гранитах», средних «Варриорах» и легких «Вирсавах», а также гвардейцы из бригады «Эрмин». Если все добрались без больших потерь, то сила у нас серьезная.

В наушниках голос комбата:

– Командирам рот, срочно в штаб!

Я бегом направился в мобильный штаб батальона. Нашел его, вошел внутрь и обнаружил здесь не только наших офицеров, но и чужих, в смысле из других подразделений корпуса, танкистов 22-й бригады и гвардейцев.

С трудом протиснувшись поближе к комбату, я обменялся с ним кивками. После чего появились остальные ротные командиры, и полковник Рекио поставил боевую задачу:

– Внимание, господа офицеры!

Все затихли и комбат продолжил:

– Передовые бронегруппы противника проломились к Беренгару. Оборона сорок пятой дивизии прорвана. Мы рядом с окруженными мотострелками из 62-й дивизии. До КП 62-й не более десяти километров, и республиканцы знают, что мы нависли над их флангом. Поэтому выставили на нашем направлении мощный артиллерийский заслон. Но противник считает, что мы будем наращивать ударный кулак и ждать утра. Это ошибка. Мы переходим в атаку прямо сейчас, без промедления. На острие атаки пойдут «Берсерки», а за ними танки 22-й бригады. Здесь остается артиллерия, которая накроет позиции республиканцев, а танки и десант с гвардейцами должны до рассвета перерезать шоссе Алагир – Беренгар. Таким образом, противник окажется в окружении и будет уничтожен. Команда к началу операции три пятерки.

Комбат замолчал. Ему задали несколько уточняющих вопросов, и офицеры разошлись. Я вернулся в свой танк, на ротной частоте повторил слова полковника Рекио и стал ждать сигнала к выдвижению.

В танке было тепло, и я задремал. Хорошо. Уютно. Спокойно. Но через десять минут я проснулся от неимоверного грохота. Наши РСЗО и самоходные орудия открыли огонь. Куда они били, разумеется, мы не видели. Оставалось надеяться, что координаты целей разведка и артиллерийские наводчики окруженной 62-й дивизии указали верно, и снаряды с ракетами падают не в лесах и болотах, а на позициях нордов.

– Внимание! – голос комбата. – Пять-пять-пять! Разведрота в авангарде! Первая рота за ней! Остальные следом! Направление на поселок Хорваш! Марш-марш!

«Берсерк» зарычал мотором, на броню запрыгнуло несколько десантников из роты капитана Скегги, и танк двинулся за бронемашинами разведки. Тяжелый бронированный монстр, покачивая орудием, вышел на покрытую грязным снегом дорогу, а машины первой роты выстроились за мной.

Единственное, чего я всерьез опасался, противотанковых мин и засад. Но противник не успел подготовиться.