Тёмный отбор

 – Остальные ваши родственники – дети этого мира и должны здесь остаться, иначе на Пути миров возникнет хаос.

– То есть мой отец?

– Да, ваш отец.

Да он и сам не согласится. Здесь он некромант, магистр, герцог, член королевского Совета. А там кем станет? Сторожем храма и охраной жрицы? И я больше никогда не обниму сурового герцога Грайсиера.

– И сын госпожи Дарэль, лорд Сириен, – добил суафит. – У этих двух мужчин своя миссия на Айэре.

И не увижу синеглазого лорда Сириена. Не обниму. Не поцелую. Никогда. Страшное слово.

– Мы проведем совет рода, магистр Стейр, – сухо сказала я. – И только после этого я буду готова ответить на ваше предложение.

– Ультиматум, леди. Не предложение. Если вы решите служить здесь Двуликой, вам будет объявлена война. Учтите это.

Ворон, попрощавшись кивком головы, исчез в арке портала.

Ох, мамочка, тетушка Летиция и все-все-все, мы и влипли!

Глава 28

Неожиданный поворот

Кто бы сомневался, что мои родственницы выберут возвращение в родной мир и обретение былого величия! Пришлось напомнить, что мертвые не решают, как и где жить живым. Решение я еще не приняла.

Да и слишком мало я знала о культе Двуликой и ее мире. И, честно говоря, знать не хотелось. Если она, когда была в полной силе, при всем своем могуществе позволила демонам пленить свою жрицу, то я ей не доверяла, даже еще не познакомившись. Я как Чтица Ночи сразу заподозрила, что пленение жрицы (уцелевшей и передавшей дар даже в плену у демонов!) могло быть частью божественного плана по завоеванию нового мира из Верхних. Боги коварны.

А мне и без богинь в руководителях жилось неплохо.

Так я и собиралась ответить суафитам.

Но следующее утро после почти бессонной ночи принесло новое потрясение.

Началось все хорошо.

Солнышко светило почти по-летнему – маги постарались разогнать тучи, чтобы не омрачать и без того «темный» отбор слякотью.

Обрадованные погодой птицы чирикали. Я с утра не стала тратить портальный камень и прогулялась пешком до главного корпуса вместе с конкурсантками.

Это был в последнее время ежедневный ритуал.

В большом актовом зале собирались все: и участницы отбора, и болеющие за них родственники, и члены Совета Ока (мой отец так и не появился), и гости, в том числе выбывшие девушки, оставшиеся ловить свой шанс с другими женихами.

На сцене висело огромное табло с именами участниц. Магистр Эрвид Стейр зачитывал результаты предыдущего дня, и все с замиранием сердца следили, как тасовались имена на табло. Кто взлетал вверх, а кто падал вниз.

Чаще всего на первом месте сияло имя леди Мартиэры. Девушка боролась всерьез. Как, впрочем, и оправданная по всем статьям Диара Лебежель, но ей везло меньше, выше третьего места она редко поднималась.