Темный орден

Но чувствовалось в нём что-то… будто пред тобой не обычный оборотень-преподаватель, а матёрый и закалённый в сражениях воин. Тем не менее, он начитан, имел неплохие манеры, да и вообще, довольно умный и эрудированный. Что послужило причиной отказаться от карьеры наёмника и стать преподавателем — слухи умалчивают. Возможно, просто он устал от всего этого и захотел спокойно пожить. Правда, моими стараниями, ему спокойно в Академии не сидится, похоже… хотя, он тут уже не пойми сколько лет!

Мир ожил!"

"Вокруг засуетились люди и оборотни, а я старался снова не провалиться в забытье. Боль так никуда и не ушла, несмотря на полное душевное спокойствие и радость за счастливый для нас с Аранэей конец. В животе словно лавина текла, выжигая плоть. По мышцам — болезненные судороги и онемение тела от потери крови.

Ушёл дикий ужас и невообразимо жуткое чувство страха за девчонку, что ошалело так и стояла под защитным куполом. В мою реальность вновь возвращались краски и сладкий вкус жизни.

В следующую секунду меня заметили те, кто по долгу и службе своей не могли не оказать помощь, и надо мной уже хлопотали академские лекари. А я… я лежал и смотрел на ночное небо сквозь ветви деревьев. Вьюга затихла, теперь только медленно падали снежинки. Падали на лицо, мгновенно тая и щекоча капельками. Нахлынули воспоминания из детства. Как я, вдоволь набегавшись, напрыгавшись и наигравшись в снежки с ребятами, лежал в сугробе и смотрел на небо. Какое же тогда было беззаботное время! Никакой поехавший оборотень не пытался меня прикончить. Дома всегда ждал горячий ужин, с любовью приготовленный мамой. Она, не смотря на свой статус и положение, обожала сама радовать нас с отцом изысканными блюдами.

Отец учил меня в редкое, свободное от занятий с учителями время, владеть оружием, чтобы я смог постоять за себя. Я был окружён теплом и заботой… как же быстро пролетело время.

Ко мне подходили преподаватели, называя дураком, что ввязался в бой с сумасшедшим монстром, и, в то же время, хваля за стойкость и смелость. Интересно было получать заслуженную похвалу, чувствуя себя при этом идиотом. Аранэю ко мне не подпускали, пока лекари не закончили свою работу. Они в нашей Академии были одни из самых лучших, знающих своё дело. Боли я уже не чувствовал, лишь нестерпимый зуд от каких-то мазей, но это не критично. Главное, что меня подлатали и рваную рану на животе заштопали лечебной магией. И это в полевых условиях! Однако.

Меня что-то поманило сбоку, и я повернул голову. Как оказалось — для того, чтобы увидеть её. Девушка шла ко мне, а ветер трепал её плащ. Рваные лоскуты снизу красиво вихрились под слабыми порывами. Лёгкая поступь, но в каждом шаге отражалась большая усталость.