Темный Лекарь 8

— Ну и новости, — покачал головой я, — но в чём сложность управления артефактом? Зачем вам нужно так много времени, чтобы обрести над ним контроль? Судя по вашей легенде, Арман справился с этим буквально за несколько часов, если не быстрее.

В этот момент к нам подошли Октавия и Ольга. Они единственные в этом зале, кроме меня, сохраняли спокойствие и успели услышать как минимум часть нашего разговора.

Ольга привыкла к сражениям. Её больше смущало то, что она не может принять в нём участия. Сражаться под водой она не умела. Хотя не поверю, что это остановило бы мою внучку.

У Октавии же любопытство перевешивало любые доводы инстинкта самосохранения.

— А раз справился Арман, — вмешалась в разговор ведьмочка, — то, возможно, и мне удастся разобраться. Без ложной скромности, хочу сказать, что я отлично понимаю в артефакторике и вхожу в двадцатку сильнейших артефакторов современности.

— Ого, — удивилась Ольга, — а почему ты раньше об этом не говорила?

— Не люблю хвастаться, — пожала плечами Октавия и вновь обратилась к королеве, — так в чём сложность обретения контроля над вашей раковиной? Давайте посмотрим, что можно сделать?

В глазах ведьмочки блеснул азарт, а я задумался о том, на какое место в этом рейтинге артефакторов попал бы я сам? Вряд ли на первое. Всё-таки это не совсем моя специальность. Я и тысячу лет назад не владел ей на уровне лучших.

Но, возможно, что в двадцатку вместе с Октавией я всё-таки попаду.

Надо бы, конечно, выделить время и как следует изучить современные подходы в создании магических предметов.

Это весьма полезная область магии, но у меня на неё пока катастрофически не хватало времени. А ведь правильный набор артефактов может значительно усилить любого мага, подняв его эффективность в несколько раз.

А для слабых магов или неодарённых на службе клана артефакты могут стать настоящим спасением, серьёзно поднимая их шансы.

По-хорошему, любой уважающий себя клан должен иметь как минимум целую мастерскую по работе с магическими предметами.

Надо обязательно учесть это, когда мы начнём разрабатывать программу обучения в академии для молодых Рихтеров. Может быть, Октавия даже согласится там преподавать?

Однако я отвлёкся. К происходящей наверху битве никак не получалось относиться всерьёз. Ведь я прекрасно понимал, что ключ к победе сейчас прямо передо мной.

Вот только мои союзники почему-то так не думали. И королева как раз начала объяснять мне суть проблемы:

— Дело в том, что артефакт имеет собственную волю, — начала она. — Своего рода душу, но сейчас он даже не реагирует на мой зов. Я даже не знаю, жива ли эта воля по-прежнему, или Салазары как-то её подавили. Или артефакт просто не хочет мне отвечать по каким-то причинам.

— По каким причинам? — вмешалась Ольга.