Мечников. Том 6. Темный мир

У меня также остались запасы сульфаниламида, который я отложил специально на случай, если этот антибиотик понадобится не только военным. А в данном случае он подействует отлично. Бруцеллы чувствительны к этому препарату.

Но и здесь есть большой нюанс. Убийство всех бактерий обратным витком или антибиотиком приведёт в данном случае к развитию реакции Яриша-Герксгеймера. Это мощный аллергический «взрыв», который может убить организм быстрее самой инфекции, и происходит он по той причине, что массовая гибель бактерий провоцирует выброс огромного количества токсина из их клеток.

Для предотвращения этой реакции принято использовать глюкокортикостероидные препараты, которые уменьшают реакцию иммунной системы. Но таковых у меня в арсенале нет.

Однако можно поступить иначе.

— Иван Михайлович, понадобится ваша помощь, — обратился к Сеченову я. — Сейчас я введу пациенту препарат — самое мощное противовоспалительное из тех, которые у меня есть. Его будет недостаточно для получения полноценного эффекта, поэтому следом я проверну ещё один трюк. А пока я это делаю — ваша задача убить все бактерии обратным витком. Но запомните раз и навсегда, что убивать такое количество бактерий можно, только следуя всем пунктам описываемого мной плана.

А план был предельно прост. До гениальности прост. Как добыть глюкокортикостероидные гормоны, если я их ещё не изобрёл?

Правильно! Заставить их выработаться естественным путём. Организм выделяет эти гормоны через кору надпочечников.

Весь процесс занял всего двадцать минут. После уничтожения бактерий я тщательно проверил состояние Семёна и убедился, что аллергическая реакция, к счастью, так и не началась.

— Всё, господа, — заключил я. — Теперь остаётся только лечить его суставы и восстанавливать нервную систему. Я после приёма сюда ещё загляну, помогу вам составить план лечения. Недели три Семёну тут точно придётся полежать.

— Господин Мечников! — перебил меня вошедший в здание госпиталя сторож.

— Не сейчас! — прикрикнул на него Кораблёв. — Не видишь? Мы беседуем!

— Дык дело-то срочное! — продолжил он. — Там в амбулаторию пациент пришёл. Эм… У него очень странный запрос. Господин Родников не справляется.

— Так что там случилось-то конкретно? — хором спросили мы с Кораблёвым.

— Там старик просит, чтобы его вылечили от бессмертия.

— Что-что? — на всякий случай переспросил сторожа я.

Такое не каждый день услышишь. Может, мне показалось? Или он оговорился? Кто в здравом уме захочет отказаться от бессмертия? Хотя… Вопрос спорный.

— Дед какой-то пришёл, говорю, — повторил сторож. — Сказал, что умереть никак не может. Что помощь лекаря ему требуется. Умерщвление.

Так, лучше переговорить с самим пациентом. Пока что всё это звучит как какой-то бред.