Темный маг. Книга 2. Начало пути

— Полагаю, что ничего, — подумав, согласился со мной преподаватель.

— Это вполне закономерно, что вместо тупого папы она оказалась в плену чудовища. Красивая, молодая пленница хоть глаз радует, в отличие от старика. Ну, а папа вместо того, чтобы бороться за дочь до последнего, похлопал ее по плечу и кинулся в город. Вот вы бы оставили свою дочь одну в замке один на один с чудовищем, один вид которого вызывает ступор и заикание? — я замолчал, и подумал, что Казимир точно поступил бы также.

— Наверное, нет, — наконец, ответил преподаватель. — Но…

— Вот скажите, что морального конкретно в этом эпизоде? — я не дал ему больше сказать ни слова, чтобы не сбил меня с мысли. — Ведь вроде бы старик был уже в годах. Почему он не настоял и не отправил отцовским благословением, подкрепленным тяжёлым отцовским пинком, родную и любимую дочурку домой? В эгоизме отца что ли мораль?

— Хм, и что дальше? — преподаватель закусил костяшку указательного пальца, глядя на меня уже с любопытством.

— Вначале несчастной девушке было, разумеется, тоскливо и, что греха таить, страшновато. Но потом умная и ушлая девица быстро выделила все плюсы и минусы своего пребывания в замке и резко перестала бояться. Правда, чего ей бояться-то? Живёт, как принцесса, на полном пансионе, все над ней трясутся: бегают, пытаются услужить, включая, кстати, страшное чудовище, и главное, ей ничего не нужно делать. А что ждало её дома? Вечно грязный охотник с трёхдневной щетиной, которого нужно обстирывать, обглаживать, так он ещё и есть вечно хочет. А если дети потом пойдут — вообще труба. Здесь же ей ничего не грозило, включая детей, учитывая физиологию владельца этого замка. Так что, когда встала проблемы выбора, она быстро смекнула, кого именно ей стоит любить. Гены взяли верх, и она выбрала безбедное комфортное существование, послав подальше охотника и кинувшего её папашу. А потом, когда страшное чудовище превратилось в прекрасного принца, выбор девушки стал очевиден уже для всех. И все в округе очень долго ещё шептались о том, что она явно что-то подобное подозревала с самого начала.

— Вы согласны на тройку? — внезапно произнёс преподаватель, убирая палец ото рта.

— А как же последний вопрос?

— Пересдача? — ответил он мне ласково вопросом на вопрос.

— Нет, — тут же пошёл я на попятную. — Три так три, я же не спорю.

И я быстренько вымелся из кабинета, пока преподаватель не передумал, ведь, если разобраться, я только на один вопрос ответил, ну, возможно на полтора, так что оценка вполне заслужена.

По всем остальным предметам я также получил вполне заслуженные «тройки» и перевёлся на радость всем преподавателям на второй курс без каких-либо проблем. Точнее, я получил «тройки» по всем предметам, кроме одного — ботаники.