Темные времена

 — Священник поднял на меня тяжелый взгляд и продолжил: — Утешался я этой мыслью недолго — спустя два года на противоположной стороне Империи, за сотни лиг от Лесного Подворья, была разорена еще одна деревня, и все жители восстали из мира мертвых! Только на этот раз в деревне было не два десятка дворов, а две сотни с лишним! И что самое поразительное — как и в прошлый раз, за всем этим стоял некромант.

— Что?! — в унисон со здоровяком выпалил я."

"— Именно! На этот раз туда был отправлен регулярный полк кирасиров, подкрепленный тремя десятками братьев из ордена «Искореняющих» и магов. Я руководил миссией. Наученные горьким опытом, мы не стали заходить в деревню, а лишь убедились, что там не осталось никого живого, после чего деревню накрыли ментальным куполом и выжгли дотла. Бойня.

— А сотворивший это некромант? — глухо спросил здоровяк, с хрустом сжимая пальцы в кулак.

— Некромант ушел за несколько часов до этого, — покачал головой священник. — Словно знал о нашем приближении. Нам удалось расспросить немногих выживших жителей, что милостью Создателя отсутствовали в деревне — кто-то зерно в город отвозил, кто-то по другим делам уезжал. Больше всех нам помог хозяин постоялого двора, который, на свое счастье, ездил возобновлять запасы вина и пива, а по возвращении на месте деревни застал тлеющее пепелище. Спрашивали мы в первую очередь о незнакомцах. По словам деревенских, за неделю до случившегося в деревню приехал богатый дворянин и поселился на постоялом дворе. Деревня большая, да и расположена на оживленном тракте, и дворяне часто останавливались на постой, но этот выделялся — приехал один, без свиты, без любовниц. Вечерами не буянил, пил в меру, к девицам не приставал. За неделю постоя даже в морду никому не дал. Крайне необычно для дворянских сословий проявлять такую сдержанность. Обычно все с точностью до наоборот. Не правда ли, Корис?

— Не знаю, — сдержанно ответил я, не отреагировав на намек священника. — Я в трактирах еще не бывал. И что с того, что дворянин приехал один? Причин этому может быть много — скрывался от рассерженного мужа-рогоносца, от кредиторов или, на худой конец, от вызова на дуэль.

— Возможно, — покладисто кивнул отец Флатис. — Мы тоже так решили и начали было рыть в другом направлении, когда хозяин постоялого двора припомнил одну очень интересную деталь: дворянин не выпускал из рук необычной формы кинжал с желтым драгоценным камнем на навершии рукояти. Вечно полировал его тряпочкой, достав из ножен, любовался лезвием — и так постоянно. Трактирщик божился, что один раз заметил, как дворянин, приблизив кинжал к губам, что-то нашептывает, а затем прислушивается, словно в ожидании ответа.

— Создатель милостивый… — пораженно прошептал я.