Темные времена

Рикар дернул за веревку, подавая знак, переместил под руку рукоять длинного ножа и, упираясь ногами в стену, начал подъем.

К счастью, подозрения здоровяка не оправдались — спустя некоторое время веревка спустилась вновь, а в воду упал горящий факел. Наверху все было в порядке. Я почувствовал прилив радости и облегчения. Один за другим люди обвязывались веревкой и поднимались наверх. Моя очередь наступила сразу после Койна, замыкающим поднимался Литас.

Никогда не забуду радостный рев, вырвавшийся у моих людей, стоило им увидеть мою голову в разломе. Сразу десяток рук подхватили меня и вытащили наружу. Гомонящие люди радостно приветствовали меня, хлопали по плечу. Все как в прошлый раз, когда мы вернулись из первого похода… вот только на этот раз мы вернулись с пустыми руками…

Оглядев окружающие меня родные лица, я вздохнул полной грудью и от души хлопнул по плечу стоявшего рядом Рикара. Как бы там ни было, но мы вернулись домой. Наконец-то можно окончательно расслабиться и позволить себе не оглядываться по сторонам в поисках очередной опасности. Накопившееся напряжение медленно исчезало. Что удивительно, сразу напомнили о себе все полученные мною ушибы и ранения, словно дожидались именно этого момента. И не только у меня — вон, Литас, только что бодро прыгающий по торчащим из воды валунам, обессилено опустился на землю и прислонился к стене. Ортис, морщась, растирает левый бок и плечо. Остальные выглядели не лучше — всем требовались отдых и как можно больше пищи, чтобы восстановить затраченные ресурсы тела.

Когда суматоха несколько улеглась, я собрал всех людей под низкими сводами пещеры, представил им Койна и остальных гномов и пояснил, что они будут жить с нами на равных правах. Коротко рассказал о произошедших с нами событиях и на этом велел приготовить столы для торжества — отпраздновать наше возвращение и в честь новых жителей Подковы. Взбудораженные люди не хотели расходиться, жадно выспрашивали подробности путешествия, с искренним любопытством рассматривали бородатых коротышек. Рикар хотел было разогнать толпу, но я остановил его — большую часть времени мои люди проводили в четырех стенах, и любое изменение в монотонных буднях ими воспринималось как настоящий праздник. Это была еще одна причина, по которой я, невзирая на горестные причитания прижимистого Тезки, велел готовить праздничные столы с обильной едой. Старшая кухарка Нилиена пообещала расстараться и не ударить лицом в грязь перед гномами, но попросила отсрочить празднование на несколько часов. Обратившись к озирающемуся по сторонам Койну, я пригласил и остальных гномов на пиршество, но он тактично отказался, а я не настаивал, прекрасно понимая причины отказа.