Темные удовольствия

Это было что-то прямо за моей спиной.

Я снова остановилась и обернулась.

Эта часть города представляла собой лабиринт узких переулков, боковых улиц, запущенных садов и заброшенных участков. На тротуаре позади меня никого не было. Поправка, позади меня не было никого, кого бы я могла видеть.

Мое сердцебиение участилось. Кто-то следил за мной?

Еще некоторое время я изучала улицу, а затем подпрыгнула, когда группа детей завернула за угол через дорогу. Они смеялись и громко разговаривали, не обращая на меня ни малейшего внимания. Я расслабилась, чувствуя себя идиоткой. Была ли паранойя еще одним симптомом ощущения, что моя грудь сдавливается от боли в сердце?

Как бы то ни было, я уже дошла домой. Я выудила ключи и открыла дверь.

— Мам? — Крикнула я, скидывая кроссовки и направляясь на кухню.

— Mi vida, какой приятный сюрприз! — Мама тепло улыбнулась мне и раскрыла руки.

Я утонула в ее теплых объятиях. Впервые за весь день моя головная боль отступила.

— Я скучала по тебе, — призналась я ей. Я не осознавала этого до того момента, как сказала это. Конечно, я не была в Колорадо, как Ашер, но эта неделя была первой, когда я совсем не видела маму. Я тосковала по дому, хотя никогда не уезжала из города.

— Я тоже по тебе скучала. А теперь иди мыть руки. Я готовлю obleas13, а ты пока можешь заняться arequipe14.

— Я только переступила порог, а ты уже заставляешь меня работать? — поддразнила я ее и направилась к раковине.

— Разумеется. Ты же теперь студентка, верно? Жизнь похожа на каникулы?

— Определенно нет.

Мама возилась у стойки, доставая ингредиенты из шкафчиков.

— Как дела в закусочной на этой неделе?

— Нормально. Всё, как обычно.

— А в загородном клубе?

Я пожала плечами. «Дюны» почему-то заставили меня вспомнить о Сорене и Колетт."

"Мама, как всегда проницательная, уловила мое нежелание.

Я почувствовала, как она замерла у меня за спиной.

— Тебе нравится там?

— Конечно, зарплата хорошая.

Она молчала, и мне не нужно было видеть выражение ее лица, чтобы понять, что она встревожена. Самым страшным кошмаром мамы всегда было то, что ее дети в конечном итоге пойдут по ее стопам и у них будет тяжелая жизнь, полная физического труда.

— Клиенты могут быть… трудными в таких местах, — начала она. — У твоего брата были проблемы, но он мужчина. Это совсем другое дело.

— А тебе было трудно работать с такими клиентами?

Я повернулась к маме, удивляясь, почему никогда не спрашивала ее об этом раньше. Я на собственном опыте убедилась, что мужчины в «Дюнах» могут вести себя скользко и бесцеремонно. Случалось ли с ней такое когда-нибудь в элитных отелях, где она работала?

Она натянуто улыбнулась и покачала головой. Я хорошо знала это выражение лица. Оно появлялось у мамы, когда она не говорила всей правды.