Темные удовольствия

— Она здесь не горничная, Колетт. Она не обязана ничего предлагать.

— Все в порядке! Я все равно собиралась это сделать, — пробормотала я, вырывая руку из хватки Беккета.

Он отпустил меня, но не выглядел счастливым от этого. Я поспешила на кухню, благодарная за повод покинуть напряженную обстановку в гостиной.

Черт возьми, я годами не видела, как Беккет общается со своим отцом. Конечно, тогда все было ужасно, но теперь, похоже, отношения между ними стали только хуже. Потому что ты нашла наркотики и отдала их маме.

Нет.

Я отмахнулась от внутреннего голоса. Беккет не мог продолжать в том же духе. Он по спирали погружался в настоящую зависимость, а теперь вышел из нее. Это стоило его ненависти и той вины, которую он возложил на меня. Так надо было.

Я быстро сварила кофе и поставила на поднос сливки, сахар и пустые чашки. Я понятия не имела, какой кофе пьют Сорен и Колетт. Собравшись с духом, я отнесла тяжелый поднос в гостиную и поставила его на кофейный столик. Сорен и Беккет, похоже, устроили нечто вроде поединка взглядов.

Я принялась разливать кофе, прислушиваясь к напряженному разговору.

— Ты хорошо играешь. Это лето пошло тебе на пользу.

Беккет злобно рассмеялся.

— Конечно, пот, кровь и невыносимая боль были действительно целебными. Спасибо, пап.

Сорен пожал плечами.

— Ты сам вляпался в это дерьмо. Теперь ты чист. Я бы сказал, что горжусь тобой, если бы не думал, что тебе будет неприятно это слышать.

Беккет долго смотрел на отца, а на его челюсти дергался мускул.

— Я уверена, что он рад это слышать, дорогой, — промурлыкала Колетт и положила руку на плечо Сорена. — Каждый мужчина, независимо от того, насколько он взрослый или большой… внутри просто маленький мальчик, нуждающийся в одобрении родителей. Я тоже горжусь тобой, Бек.

Беккет встал так резко, что стул с грохотом ударился о твердый деревянный пол, и я подпрыгнула.

— Я не могу так, — просто сказал он, после чего повернулся и направился к выходу.

Дверь тяжело захлопнулась за ним, и я просто уставилась на нее, желая, чтобы он вернулся. Если раньше было неловко, то это было ничто по сравнению с тем, как я чувствовала себя сейчас.

Сорен приложил руку ко лбу, а затем ущипнул переносицу, как будто у него болела голова. Прежде чем я успела извиниться и последовать за Беккетом, Колетт встала и разгладила свое белое платье.

— Я поговорю с ним, не волнуйся.

Она исчезла за дверью, оставив меня с Сореном.

— Я приношу извинения за Беккета. Он никогда не умел контролировать свой характер. Я думал, что он делает успехи, но теперь знаю, что этого никогда не было, он просто был под кайфом. Ему всегда было трудно бороться с требованиями, которая предъявляла ему жизнь. — Сорен обвел взглядом комнату. — Хотел бы я знать, подходящая ли это среда для него.