Темные удовольствия

Мне не нужно, чтобы кто-то из друзей по загородному клубу приходил ко мне с требованием объяснить, почему мой сын трахает его жену, даже если ты больше и сильнее.

В тоне отца звучала тошнотворная нотка гордости. Как будто он был впечатлен тем, что я так вырос и стал физически устрашающим. Ему нравилась мысль, что его сын в свои шестнадцать лет уже ничем не уступал взрослым мужчинам.

Я почувствовал тошноту, стыд и огромное разочарование. Последнее было ярким острым камнем в моей груди, впивающимся в сердце.

— Знаешь, Колетт была первой. Это все её рук дело.

Эта фраза заставила Сорена замереть. Заботливое выражение его лица сменилось раздражением.

— Следи за тем, что говоришь о моей жене, — предупредил он.

— Нет. Я не буду следить за тем, что говорю. Тебя должно больше волновать то, что твоя жена изменяла тебе… то, что она сделала со мной.

Мы с отцом уставились друг на друга. Между нами тянулось многолетнее расстояние, а также все обиды и упреки, которые мы сваливали друг на друга. Но он должен был поверить мне, верно? Он должен был.

— Я же говорила тебе, что он это скажет, — раздался позади меня слишком знакомый холодный, жестокий голос.

Колетт проскользнула в комнату, а я был так сосредоточен на отце, что не заметил этого.

Сорен кивнул.

— Да, ты была права.

Она прошла мимо меня, стуча каблуками по полу и вызывая во мне ужас. Меня приучили ненавидеть этот звук. Бояться его.

Колетт подошла к отцу и накрыла его руку своей.

— Это нормальная реакция на то, что тебя поймали на связях с замужними женщинами."

"— Наверное, да. — Сорен вздохнул и ущипнул себя за переносицу, как будто весь этот разговор был слишком утомительным и ненужным.

Он уже принял решение, и я не мог его переубедить. У меня были видеозаписи с подругами-идиотками Колетт, но не с ней самой. Она была слишком умна для этого. Она всегда избегала моей комнаты, и я не интересовал ее в течении последнего года. Теперь я был слишком стар для нее.

Она ухмыльнулась мне. Мое сердце упало. Все было кончено. Колетт победила.

— Что она тебе сказала? — полюбопытствовал я.

— Правду. Тебя застукали, когда ты развлекался с ее подругами, и ты придумал себе стратегию защиты. Я понимаю, Беккет. Я бы на твоем месте поступил так же, если бы меня окружали красивые взрослые женщины. Но сейчас это должно прекратиться, сын. Как я уже сказал, это не намного лучше, чем если бы ты дурачился с кем-то из своего класса и об этом стало известно. Просто притормози на время.

— Притормози на время? — оцепенело повторил я, бездумно кивая головой, в то время как моё сердце разрывалось. — Притормози на время, — еще раз повторил я и отвернулся. Я не мог вынести ни злорадного выражения лица Колетт, ни ужасного, пренебрежительного, безразличного взгляда отца.