Темные тени нехорошей квартиры

Значит, ее предчувствие – это беда. Какая-то ужасная беда, которая может все разрушить и смести. Лара сжала виски. Бред? Может быть. Но она здоровый и сильный человек… «Но ты влюбилась первый раз в жизни за двадцать восемь лет, – сказала она себе. – Уже собиралась стать старой девой, хотя давно не дева. Может, любовь всегда переживается вот так болезненно, как в тринадцать или пятнадцать». Она встала, походила по комнате, нашла оставленную Алексеем полупустую пачку сигарет, сходила на кухню за спичками, вернулась, села у стола и закурила. Курила она крайне редко. Ей не нравились курящие женщины. Но это помогало сосредоточиться, даже вернуть себе уверенность, как ни странно. Да, возможно, все происшествия вокруг этой квартиры – только прелюдия к тому, что ее ждет. И предугадать ничего невозможно. Придется терпеть. Просто потерпеть, пока он приедет. Алексей мог бы уже позвонить. Но ему, наверное, не до того. Она может позвонить, но ни за что так глупо не поступит. Рядом с Алексеем может быть его жена. Звонок может застать его в больнице у матери. Это идиотское поведение.

Короче, нужно приводить себя в порядок, начинать есть, готовиться к работе. Ей выходить через несколько дней. Когда есть дела, ждать легче…

Лара пришла в халате на кухню, там на ее плите стоял обычный чайник. Она достала из холодильника пару яиц, поставила их варить. Вскипятила воду, заварила чай прямо в чашке. Достала хлеб, который тоже держала в холодильнике, масло… И села у своего стола. Ей не хотелось уходить в комнату. Не хотелось больше прятаться от чужих глаз. Наоборот: хорошо бы, пришла Нина Георгиевна. Не успела она об этом подумать, как в кухню вошла Зинаида. Уставилась на нее своими иголками.

– Здравствуйте, – сказала Лара.

Зинаида что-то буркнула в ответ. Потом стала греметь кастрюлями у своей плиты с видом жертвы оккупации. Они впервые оказались вдвоем в одном пространстве, и Лара с интересом ее разглядывала. Вот на улице она бы Зинку не заметила. Там вроде такие тетки ходят косяком. А здесь в единственном экземпляре… Она не такая уж простая личность. Какая-то самобытность в ней бурлит, почему-то ее постоянно распирает от едва сдерживаемой агрессии, следствие наверняка обнаружит какие-то ее тайны.

– Зина, – душевно сказала Лара. – Чаю со мной не хочешь выпить?

– Делать мне нечего.

– А что за дела? – так же невинно спросила Лара.

– Не все ж по мужикам шастают, а потом спят целыми днями. У некоторых хозяйство, больной сын. А че надо?

– Странная ты. Я всего лишь предложила выпить чаю. Не хочешь, не надо. Зина, а ты работала когда-нибудь?

– Не! Одна ты у нас работаешь.

– Я так понимаю, это значит, что работала. А кем?

Зина развернулась и гордо подняла голову.

– Техник-смотритель я была в ДЭЗе. Целый год.