Тёмные не признаются в любви

Ящероподобное существо, ходящее на задних лапах, схватило передними оставленные одержимым мечи и, раскатисто зарычав, бросилось на нас.

Встретил его Джаред, лорд Харн продолжил крошить парноусов.

Плеть из тьмы отсекла правую лапу. Ящер зарычал – новая конечность выросла в один миг. Гибким хвостом подцепив с пола меч, существо вновь набросилось на кромешника, метя в голову.

Джаред ушел из-под удара. И… взлетел!

Отливающие серебром черные крылья прорвали мундир и рубашку, позволив увидеть не только мускулистую спину, но и татуировки на ней. Узоры из тьмы жили своей жизнью – хаотично менялись, эффектно перетекая друг в друга.

Крылатый кромешник атаковал песочного монстра сверху. Размеры пещеры позволяли летать и рубить с воздуха. Ящер отращивал утерянные конечности, но с каждым разом все медленней. При этом он и сам уменьшался в размерах.

Казалось, Джаред будет изматывать его до последнего. Но нет, когда монстр в очередной раз потерял верхнюю конечность, Джаред низко пролетел над песчаным полом и подхватил ее. Выдернув из шестипалой лапы меч, воткнул его в ящера.

Первая глубокая трещина появилась на удивленной морде. Следующие – на туловище и лапах. Издав предсмертный рык, чудовище замахнулось на противника вторым мечом и тотчас рассыпалось на миллион песчинок.

Джаред же мягко приземлился на песок. Крылья исчезли.

Покачнувшись, он оперся о стену пещеры. Миг продержался на ногах – и упал…

Нет… Не может быть… Нет!

Джаред лежал неподвижно, рядом валялся меч, обагренный кровью.

Душу мою затопил омертвляющий холод.

Меч ударил в грудь слева? Прямо в сердце?..

– Джаред, не умирай! Умоляю! – Момент, как пробежала через всю пещеру, петляя между недобитых парноусов, сохранился в памяти смутно.

Я тормошила кромешника, сходя с ума от страха.

Не могу потерять его, не могу!.. Не отбирайте его у меня, боги!

– Джаред, пожалуйста, не умирай! – Я гладила его бледное лицо, старательно не смотря на страшную рану, вокруг которой разлилось красное на искромсанном мундире пятно.

– Джаред… я люблю тебя…

Слова прозвучали слишком поздно… Слишком поздно я призналась даже самой себе. И от этого рыдала душа. Самое страшное признание в любви – признание умирающему. Мужчине, который уходит навсегда.

– Я люблю его, боги! Не отбирайте его у меня! Не оставляй меня, Джаред, пожалуйста!

– Никогда… не оставлю…

Сквозь слезы я увидела, что он открыл глаза. Глаза, полные мерцающего серебра.

– Джаред! Ты живой… Слава всем богам!

Страх не ушел. Но Джаред жив, а значит, я не позволю смерти прикоснуться к нему!

– Так, сейчас я отдам тебе часть своего резерва, затем подлатаю экспресс-заклинанием, – сообщила быстро о планируемых действиях.

Он покачал головой.

– Ничего не нужно, Элея. Тьма сама исцелит.

– Тьма?..