Тёмные московские ночи

- А нам Вася, придётся заменить Дубинина.

- В каком смысле?

- В прямом. Он в десять утра должен был встретиться с нашим художником. Ты забыл об этом?

- С Карповым?

Так точно! Попробуем передать ему описание Хирурга со слов покойного Николая Николаевича, вдруг у него получится нарисовать портрет.

- Ну тогда не будем терять время и приступим. Присаживайтесь, только не напротив, а рядом - мне так удобнее. Понимаете ли, надо чтобы пространство передо мной было свободным от других образов.

Старцев сел по левую сторону от художника, Егоров по правую. Карпов положил перед собой несколько чистых листов плотной бумаги и пяток хорошо заточенных карандашей различной мягкости.

- Ну-с, начнём. Я буду задавать вопросы, а вы постарайтесь отвечать на них как можно точнее. Уловили? - проговорил он.

- Да пока всё просто Наум Лазаревич, мы готовы.

- Все сначала так говорят, - проворчал Карпов, водрузил на нос очки в тонкой проволочной оправе и смотрел на свет острый грифель. - Чтобы получить портретное сходство нам придётся повозиться. Итак, первые мои вопросы могут показаться вам странными, но тем не менее. Каков возраст этого негодяя?

- В тридцать восьмом Дубинин посчитал его тридцатилетнем, значит сейчас ему примерно тридцать семь.

- Рост?

Старцев беспомощно посмотрел на Егорова, тот почесал затылок и предположил:

- Кажется, Дубинин говорил, что выше среднего.

- Выше среднего роста, это означает от метр а семидесяти пяти до метра девяносто, - задумчиво протянул художник. – Хорошо, поехали дальше - что можете сказать о фигуре?

Тут уж Старцев не сплоховал.

- Худощав, лёгок, чрезвычайно подвижен, - выпалил он запомнившиеся характеристики. - Весь на шарнирах - именно так выразился Дубинин.

- Ага, гуттаперчевый, встречал я таких субъектов, продолжаем…

Профессиональный художник Наум Карпов работал в штате МУРа более десятка лет. Это был пожилой, тучный, неторопливый человек с приятным лицом и пышной седой шевелюрой, общительный, с хорошим чувством юмора. Сыщики любили его за мягкий характер и невероятное умение очень точно воссоздавать на бумаге портреты тех людей, которых он ни разу в жизни не встречал."

"- Голова средних размеров. А её положении на туловище вы не знаете? - монотонно бубнил художник, прикрыв глаза.

- Ну допустим, что оно строго вертикальное или немножко склонённое вперёд.

- Далее – о форме черепа, ваш покойный Дубинин, упоминал?

Иван с Василием развели руками.

- Нет, - ответил Старцев.

- Ладно. Что по волосам?

- В кабинет к Дубинину он вошёл в клетчатой кепке, из под неё выбивались прямые тёмные волосы, - чётко проговорил Егоров.

Наум Лазаревич удовлетворённо хмыкнул и осведомился.