Тёмные московские ночи

- Дело останется у нас? - поинтересовался Егоров.

- Да, только теперь, братцы, на расследование нам определили конкретный срок.

- И сколько же?

- Трое суток.

Кто-то присвистнул, кто-то шумно вздохнул, кто-то выругался. Срок оперов не порадовал, если учесть, что до сегодняшнего дня, дела о ночных ограблениях ни на шаг не сдвинулось с места. Иван Харитонович открыл папку с надписью личное дело на белой бумажной табличке, принесённой с собой:

- Сейчас зачитаю данные Климентьева. Кстати Игнат, фотографии с места преступления готовы?

- Лаборатория обещала сделать за час – полтора.

- Дуй к ним, хватай за горло. Скажешь дело на контроле у самого наркома.

- Понял. - Горшеня сорвался с места.

- А Бойко не звонил? - Иван глянул на Василькова.

- Нет.

- Что-то он задерживается.

- Так там район будь здоров, пока всех обойдёт.

- Тоже верно. Значит так, начинаем: Климентьев Антон Афанасьевич, 1896 года рождения, уроженец города Моршанск, Тамбовской губернии, отец - рабочий суконной мануфактуры, мать – домохозяйка, шестеро родных братьев и сестёр, окончил семь классов уездной гимназии, в четырнадцатом году призван в армию, участвовал в первой мировой войне в составе и Юго-Западного фронта, рядовой, унтер-офицер, фельдфебель, подпрапорщик, ранение, демобилизация, лечение в Петербурге, работа в типографии. Октябрьскую революцию принял с воодушевлением и поддержал, печатал революционные листовки, плакаты. В восемнадцатом году записался добровольцем в Красную армию, командовал взводом роты батальона. В двадцать третьем году переведён на работу в НКВД. - Старцев повернул раскрытую папку к свету и монотонно прочитывал строчку за строчкой.

Это было обычный биографический материал. Сухой, чисто канцелярский, изобилующий датами и событиями. Вряд ли он мог пролить свет на причины трагедии, приключившейся в тёмном переулке. Однако, как говорят, в уголовном розыске - информация лишней не бывает. А вдруг вылезет подозрительный штришок или какая-нибудь зацепочка? Он закрыл личное дело хотел что-то сказать, но скрипнувшая дверь отвлекла его. В кабинет вошли Бойко и Баранец, оба выглядели уставшими.

- Пусто, Иван Харитонович, обошли все переулки и улицы и набережные. Следов в прилегающих дворах много, но все давнишние, - доложил Олесь, - пятен крови тоже нигде нет, если не считать место, где произошло убийство. Подозрительных предметов не найдено. В общем, мы зря потратили три часа.

- Было бы странно, если бы эти паскуды наследили. Уже и так ясно, что мы столкнулись с опытными бандитами, - проворчал Старцев и кивнул на столовку. - Подкрепитесь, там Костя сухари с консервами прикупил.