Заживо в темноте

Он наморщил лоб, и птица-монобровь замахала крыльями, словно готовясь взлететь. – Откуда? По всей видимости, с беспроводного модема.

– Возможно, использовал свой телефона как «точку доступа», – добавил Фостер.

– Мы уже проверили все операции с этого телефона, – ответил Шелтон. – Он использовался только один раз, для выхода на сайт Си-эн-эн. Сейчас мы собираем данные с ближайших вышек сотовой связи. Места там безлюдные, и людей, выходивших в Интернет с телефона в это время, очевидно, будет немного. Выяснив, с какого модема загружено на сайт видео, мы получим след, который, возможно, приведет нас к убийце.

Дженсен кивнул, затем перевел взгляд на Тейтума.

– Агент, хотите что-нибудь добавить?

– Мы с доктором Бентли начнем составлять психологический портрет преступника, – ответил Тейтум. – Будем очень благодарны за доступ ко всем данным с места преступления, включая фотографии.

– Разумеется! – Свое согласие Дженсен сопроводил щедрым жестом, который больше подошел бы королю, исполняющему смиренную просьбу подданных. – А теперь – за работу!

Тейтум был уже у двери, когда Зои схватила его за руку.

– Можешь подождать хоть секунду? – спросила она вполголоса.

От ее прикосновения он напрягся.

Они стояли у дверей, а остальные, один за другим, выходили из комнаты. Агент Шелтон, проходя мимо, бросил на них вопросительный взгляд; Тейтум кивнул ему, изобразив вежливую улыбку. Агент Шелтон пожал плечами и вышел.

– Нужно решить, как нам заниматься этим делом, – сказала Зои. – Впереди много работы.

Тейтум догадывался, что упоминать о вчерашнем разговоре она не станет, а извиняться тем более, – и все же ощутил укол гнева и разочарования. Ему хотелось высказаться. Скажи она что-нибудь вроде: «Не веди себя как ребенок!» – он мог бы хоть заорать в ответ. Полночи Тейтум проворочался в постели, думая о том, что Зои вот так, за здорово живешь, назвала его убийцей. Но что толку ругаться с ней теперь?

– Конечно. Просмотрим данные о прошлых преступлениях в городе и окрестностях. Учитывая, что фантазия у нашего убийцы явно с нотками клаустрофобии, проверим все случаи, когда кого-либо запирали в тесном замкнутом пространстве.

– Наверное, стоит посмотреть, не сообщали ли о чем-то таком проститутки. Не было ли клиентов, которые надолго запирали их в багажнике или где-нибудь еще.

– Верно. Я проверю местные анналы.

– А я попробую пробить похожие случаи по ПИНП, – вздохнула Зои.

Тейтум понимал, отчего она вздыхает. ПИНП – «Программа исследования насильственных преступлений» – казалось бы, подходила для этой цели как нельзя лучше.