В темном-темном космосе

Мальчишкой он видел, как на земных фермах вкалывают обезьяны с Планеты Андерсона. Эксплуататоры придумали циничное оправдание: мол, эти тихони с добрыми глазами наделены лишь зачатками интеллекта. Впрочем, позже зоологи Совета нашли у обезьян признаки подлинной разумности и освободили их. Для Симса та история стала личной – он играл с обезьянами, пока животных за это не наказали. Приказ об их освобождении пришел поздно, и ничто не могло унять его боль и ненависть к хозяевам бедняжек.

Симс был твердо уверен, что все рабовладельцы – низменные, вороватые людишки, прекрасно сознающие ошибочность и неправильность своих поступков. Они жадны и потому не могут остановиться. Но капитан Олке, похоже, искренне верит, что рабство – совершенно естественное явление!

Сбитый с толку, Симс достал из кармана бланк и принялся его заполнять.

Понаблюдав за ним некоторое время, капитан спросил:

– Мы ведь не нарушаем законов. Почему вы обращаетесь с нами, как с преступниками?

– Вы нарушили «Закон о рабстве», – тихо и с ноткой угрозы ответил Симс. Руки сами собой сжимались в кулаки, и он с трудом заставлял себя писать ровно и разборчиво.

Капитан покачал головой:

– Рабское положение любого вида регламентируется нормами развитости. Приглядитесь к этим существам: примитивнее их – только трупы. Да, для эксплуатации рабов нам потребуется судебное решение, но в случае с ними это простая формальность.

Симс хотел было возразить, однако смолчал и продолжил писать. Теоретически рабство – законно, но на практике еще никому не удавалось обойти положение об относительном неравенстве. Упрямые, фанатичные агенты Совета пресекали в зародыше любые попытки работорговцев смошенничать на проверке. Те, кто все же приходил в суд за одобрением, бросали вызов как щепетильным зоологам, так и въедливым юристам на службе у Совета.

Ученые и адвокаты неизменно побеждали, всякий раз умудряясь доказать, что щупальца – почти руки, а хаотично устроенный организм ничуть не хуже наделенного централизованной нервной системой. Что десять ног – всего лишь адаптация для лучшей устойчивости на скалистой планете, рудиментарные крылья помогают сохранять равновесие бегунам по песку, а нос так и вовсе не обязателен для обоняния. Да и вообще, зачем он существу, которое обитает в безвоздушной среде?

Они могли доказать что угодно, и отнюдь не хитростью. Просто подчеркивали, что потенциальные рабы приспособлены к родной среде обитания не хуже, чем потенциальные рабовладельцы – к своей. И даже если попадались существа отвратительной – по человеческим меркам – наружности, можно было смело надеяться: юристы и зоологи найдут, в чем и им посочувствовать.

Памятуя об этом, Симс расслабился и, заканчивая отчет, даже позволил себе слегка улыбнуться.