По темной стороне

Символы на теле женщины вспыхнули, а черная рука, схватившая ее за плечо, просто взорвалась, разлетевшись по воздуху ошметками тьмы.

Глаза ослепил свет. Яркий, белый, колючий и такой холодный, он был везде.

Потерянная и напуганная, я попыталась вскочить на ноги, но смогла лишь едва приподняться, когда прямо передо мной выросла клубящаяся стена тьмы.

Доля секунды, всего одно мгновение, в которое не уместится и удар сердца, – и стена была снесена светом, а вместе с ней снесло и меня.

Я почувствовала, как мое тело, неловкое и будто чужое, оторвало от земли, воздух стал густым, как кисель, а я – легкой и совсем невесомой. Потом была рука, попытавшаяся ухватить меня, но лишь беспомощно скользнувшая по плечу, и я полетела спиной вперед.

Тьма и свет перемешались, воздух исчез, и дышать стало уже нечем.

Это было последнее, что я запомнила о своем полете.

А в следующее мгновение я уже валялась у стены, не могла пошевелиться от боли, тихонечко скулила и немножко материлась, в то время как надо мной склонились слегка поджаренные темные братцы.

– Живая, – выдохнул Раяр, поймав мой взгляд.

Я не разделяла его радости. Не имея возможности пошевелиться и глубоко вздохнуть, я почему-то была уверена, что мертвенькой мне бы сейчас было лучше.

– Как они смогли протащить в твой замок столько силы их проклятой богини? – просипел Делмар, не в силах сдержать покашливание. Если мой кошмар отделался парой царапин, сожженным рукавом и опаленной рукой, то огоньку повезло значительно меньше. Прямо из грудной клетки, чуть выше сердца, торчал каменный обломок, который явно доставлял ему большие неудобства. От жуткой и, в общем-то, смертельной для любого человека раны Делмар лишь морщился и кашлял, сплевывая на пол кровью.

– Откуда мне было знать, что они способны выжечь душу одной из своих жриц лишь для того, чтобы сделать ее ходячим благословением? – огрызнулся мой кошмар. – Она выглядела как очень сильная светлая. Возможно, неинициированная Мудрая…

– М-м-м-н-н-н-м… – Мне бы очень хотелось сказать, что я, в отличие от их близорукого темнейшества, сразу просекла, что с женщиной было что-то не так, но язык меня не слушался.

– Ей нужно вызвать врачевателя, – встрепенулся Делмар, потянувшись ко мне.

Лучше бы он не сам, лучше бы меня оставили лежать у стеночки в оплавленном зале, рядом со срезанным со своего места и наполовину раскрошившимся троном, не так чтобы очень далеко от трупа женщины и ритуального ножа – единственного, что осталось от храмовников. Тьма почему-то брезговала предметами, что были когда-то задействованы в ритуалах или обрядах.

Но Раяр не знал, что мне и так сдохнуть хочется, он был уверен, что перед тем, как вызывать этого их врачевателя, меня нужно перенести в покои.