Теща Темного Властелина

– Староста, – кивнул Олуш.

– Что-то молод он для такой должности, – бурчу я.

– Вожак он, у оборотней все не так, как у людей, – смотрит хмуро Гирин.

Спрашивается, чего мы такие недовольные?

Так за невидимой чертой стоит вся деревня и внимательно за нами наблюдает, как бы не подавиться нам под их взглядами.

– Чего встали? – слышу голос любимой родственницы за спиной.

Оборачиваюсь. Ну да, не изменилась. Где мои любимые морщинки вокруг глаз? Не спорю, и так неплохо, но все же непривычно. Еще непривычнее видеть ее в деревенской юбке до полу, в просторной льняной рубахе, красной косынке и фартуке. Где ее деловые костюмы, которые я так любил резать ножницами в детстве? Где ее стильные очки, которые она использовала вместо ободка? А этот вырез… Там же все видно!

– Ба, ты бы хоть прикрылась, – хмурюсь я. – Ты уже не в том возрасте, чтобы такие откровенные наряды носить.

– Не смей бабушке указывать. – От подзатыльника я опять же увернулся.

– Бабуль, детей по голове бить вредно, сотрясение мозга будет.

Да, это моя бабушка, аж от сердца отлегло.

– Было бы чему сотрясаться, ты мне до сих пор неправильные глаголы не сдал, а все туда же, в гении просишься, – стянула она полотенце с плеча.

Предчувствуя недоброе, я отпрыгнул подальше. Вот это мое обычное утро, хорошо-то как.

– Ба, просто здесь нравы дикие, а ты у меня такая красивая. Переживаю я.

– Спасибо, Данюша, садись за стол, – расцвела она. – Сейчас накроем. Эй, Шарик, неси из кухни котел с первым!

С удивлением я понял, что она обращается к вожаку и по совместительству старосте этой деревни.

– Бабуль, за что ты его Шариком-то нарекла? – тихо спрашиваю я.

– Потому что Полиграф Полиграфович он не выговаривает, – деловито заявила она.

– При чем тут герой булгаковской повести? – опешил я.

– Ну как же? Он человек с собачьим сердцем, то есть с волчьим, – открыто смотрит она на меня.

В такие моменты я оставляю попытки понять родную бабушку.

– Бабуль, но наверняка у него есть нормальное имя, – пытаюсь намекнуть.

– Ты местные выверты речи слышал? – возмущается моя родственница. – Где ты встречал здесь нормальные имена?

– А он точно согласен? – киваю в сторону старосты, который тащил огромный котел.

– После того как я его накормила, он был готов на все, даже замуж звал, но ты же знаешь, я всегда была против собак в городской квартире, – успокоила меня бабушка.

До столов я дошел почти спокойно, а потом просто не заметил, как начал биться головой о столешницу.

– С тобой все в порядке? Чего смеешься? – интересуется Гирин.

– Да вот гадаю, что дальше будет, переживет ваш мир наше пришествие или зря моя бабуля по вечерам в World of Tanks играет? – вытираю я выступившие слезы.

– Ничего не понял, но происходящее мне не нравится, – шепчет маг, кивая в сторону толпы.