Куратор Тёмного факультета

Олли внимательно изучил бумагу, потом пролистал несколько глав. По мере того, как количество перекинутых влево страниц росло, его глаза всë больше и больше округлялись. Раздался хлопок, на закрытом справочнике вспыхнули языки пламени, а спустя мгновение пепел унёс лёгкий сквознячок.

Я переплëл пальцы перед собой:

– Ну как, впечатлился? Между прочим, это был казëнный учебник.

Олли достал носовой платок и вытер руки:

– Ничего, казна не пострадает. Эту дрянь точно в печать  не стоит отправлять. Ты только подумай, когда мы окончили военную академию, таких у нас не было... А если этот справочник и другие учебники сейчас включены в программу обучения и в нашей?! Это же катастрофа! Не дай Боги война и...

– ... и теперь нам не посмотреть, сколько справочников было издано. Благодаря тебе.

Олли задумчиво дëрнул себя за правое ухо:

– Но у студентов Тёмного факультета должны быть такие же. Можно у них один одолжить.

– Пойдëм в башню. Нам всë равно давно уже пора там быть, – я забрал со стола справку и запер её в сейфе. Пока Олли и её не спалил в душевном порыве.

– А почему мы должны оказаться в башне? Разве Светлым не стоит пока избегать общения со студентами Тёмного факультета? – встрепенулся Олли.

– Адарнелия Эмильрин попросила за ними присмотреть.

Я запер кабинет и убрал ключи в, карман.

– А она сама где?

– Домой ушла.

Олли даже остановился:

– Как ушла?! В смысле ""домой""?! Глен, ты что, совсем обалдел? Не мог приструнить этих уродов раньше?! Довёл девушку, да?! Она, в конце концов, не выдержала и психанула?! Что мы теперь без куратора делать будем?! И...

Вот почему-то при слове ""довëл"" неожиданно вспомнилась минувшая ночь и Эми... О даа, я действительно её ""довëл"". И не один раз... И отнюдь не до истерики, как предположил Олли... Впрочем, и Эми тоже в долгу не осталась...

– Глен, ты меня пугаешь: у тебя сейчас такое загадочное  выражение лица, как у каннибала, который сожрал Адарнелию Эмильрин, а кости тайком прикопал в подвале.

В голове тут же живо во всех красках и подробностях нарисовалась картинка. Не улыбнуться было просто невозможно, поэтому с трудом удалось сохранить серьёзное выражение лица.

– Не обращай внимание. И напрасно возмущаешься: Адарнелия Эмильрин просто отлучилась домой за ""нормальными"" с её точки зрения пособиями и конспектами.

Олли недоверчиво покосился на меня, но промолчал. Но вскоре не выдержал и резко развернулся, преградив путь:

– Глен, что происходит? Ты сам на себя не похож. Задумчив, но не как всегда.

И вот что ответить, чтобы не выдать, как я провëл эту ночь, а главное – с кем?!

– Ничего особенного. Просто дали недавно совет, что не нужно жить обидами и разочарованиями – от этого будет лишь больнее, а стоит настоящим, вспоминая впоследствии счастливые моменты...