Куратор Тёмного факультета

Остановившись ненадолго перед дверями, ведущими в тамбур перед Большим залом, я окончательно сняла маскирующие ауру чары. Дождавшись от меня условного сигнала, гвардеец распахнул двери, которые тут же закрыл за моей спиной. Из Большого зала доносились крики и мощный рёв, похожий на звуки, издаваемые разъярённым раненым демоном. Я просто стояла и ждала. Отец должен был уже почувствовать моё присутствие. Внезапно рёв прекратился, чего не скажу о воплях. Огромные, в четыре человеческих роста, двери распахнулись являя моему взору огромное чудовище ростом почти под потолок в наэлектризованных всполохах Тьмы. Тëмный Владыка Сайртон собственной персоной. По мере приближения ко мне его черты размывались, уменьшаясь в размерах, пока не превратились в моего отца: статного мужчину средних лет на вид. Даже лёгкая проседь в тëмных волосах, немного не доходивших своей длиной до плеч, ничуть не старила, а, наоборот, придавала дополнительного шарма. Про моего отца рассказывают страшные вещи, большая часть из которых – правда, остальное – вымысел. Я в курсе, как он управляет Тëмными землями, ведь с малолетства стояла за его престолом. Зато знаю точно, каким бы многогранным он не был, если того требовали обстоятельства, двуличным – никогда. В этом плане нам с братьями и сёстрами повезло больше всех – мы знаем нашего отца не только, как Тëмного Владыку, но и как папу, главу нашей семьи.

Лёгким движением руки отец набросил на помещение чары, защищающие от прослушивания. Распахнув объятья, он улыбался, глядя на меня. Я едва сдержалась, чтобы как в детстве не броситься с визгами к нему на шею. Даже не предполагала, что могу по нему НАСТОЛЬКО соскучиться. Сделав пару шагов в мою сторону, он внезапно обратил внимание на свой чёрный колет, испачканный чем-то бурым.

– Эми...

Но я уже изо всех сил обнимала его.

– Эми, аккуратнее, мой костюм немного испачкан.

– Знаю-знаю. Он, как всегда, в пятнах крови, мозгов и осколках костей. Что поделать, должность обязывает. И дар-тоже.

– Всё-то мой Лисёнок знает, – отец крепко меня обнял, целуя в макушку.

В детстве мои волосы имели рыжеватый оттенок, а нос был острым. Из-за чего отец и прозвал меня Лисёнком. По мере взросления моя внешность претерпела изменения, но прозвище так и осталось. Правда в юности братьям я быстро вихры накрутила, запретив меня так называть. Но отцу не могла отказать в этой маленькой слабости.

– Дай хоть посмотреть на тебя. - отец выпустил меня из объятий, и придерживая ладонями за плечи, чуть отстранил от себя.

– И всё-таки я тебя испачкал, –  он задержал взгляд на моём платье нежно-персикового цвета, на котором теперь красовалось пятно.

– Ничего страшного.

Я сделала едва заметный пасс рукой, убирая загрязнение. Потом так же очистила колет.