Куратор Тёмного факультета

Своими связями Стейнбрек действительно может доставить Академии неприятности. Какие предложения будут? Я пока что набросал письмо в Совет по образованию, расписав все причины, послужившие увольнению.

Я улыбнулась и расстегнула сумочку, подкидывая оба артефакта на ладони.

– Вы снова записывали? Только не говорите, что Ваши серьги всегда всë фиксируют...

– Во-первых, не только серьги... Во-вторых, не всегда. Я бы рехнулась постоянно очищать свои украшения-артефакты.

Гленарван ловко поймал оба артефакта и сел за стол. Активировав первый, он внимательно всмотрелся в запись. Несколько раз он мельком бросал на меня взгляд, а потом снова сосредоточивался на изображении. Когда до конца оставалась буквально пара минут, он не выдержал и остановил запись:

– Адарнелия Эмильрин, почему Вы на меня так внимательно смотрите? Что-то не так?

– Извините, хотела удостовериться, что с Вашим зрением всë в порядке.

– Это Вы меня простите, забыл поблагодарить за капли. Раздражение прошло так быстро, что я даже не вспомнил сейчас, что что-то болело.

Я выдохнула. Словно гора с плеч упала.

– Я рада, что не ошиблась со средством. Но мне кажется, что кое-что всë-таки осталось... На всякий случай захватила ещё пару снадобий с собой. Вы позволите мне взглянуть?

Вместо ответа Гленарван просто переставил кресло боком к столу  и снова сел.

– Посчитаю это за согласие.

Я подошла к нему настолько близко, что наши колени соприкоснулись. Слегка дотронувшись пальцами до скул, заставила Гленарвана чуть запрокинуть голову назад. Какой же всë-таки у него красивый цвет глаз. Мне казалось, что они серые, а на самом деле – серо-синие, меняющие свой оттенок и интенсивность в зависимости от одежды и освещения. А ещё я почувствовала, как участилось его дыхание, и сердце забилось сильнее, стоило мне прикоснуться к его лицу. Нет, это не было волнение, или страх... Так, Эми, соберись! Быстро возвращай свои мозги на место!

Я приложила подушечки больших пальцев к внешним уголкам глаз и чуть надавила. Убрав руки, сделала шаг назад.

– Вот теперь полный порядок.

Гленарван проморгался, а затем посмотрел наверх, потом вниз, вправо-влево.

– Что это было? – тихо спросил он.

– Так, лëгкое проклятие. Профессор Стейнбрек ""постарался"".

– Я не про это. Что за зеленовато-серая дымка на мгновение заволокла глаза, а потом исчезла?

– Заметили всë-таки... У меня есть небольшой целительский дар. Я просто выжгла остатки проклятия и немного Вас подлечила.

– Адарнелия... Эмильрин, но Вы же Тëмная... – задумчиво произнëс Гленарван.

Я пожала плечами:

– Ну и что. Тьма многолика. В каждом из нас есть и свет, и тьма. Равновесие, которое нарушается, в зависимости от настроения. Когда мы радуемся, то излучаем свет, когда злимся – тьму. Вы были раздражены, когда я пришла.