Мое темное желание (ЛП)

— Чего ты хочешь, Зак?

Я хочу еще немного понежиться в твоем тепле, чтобы, вернувшись в свою холодную, оцепеневшую жизнь, не замерзнуть.

— Я хочу, чтобы мы выполняли обещания друг друга. — Я поцеловал ее в макушку, на мгновение остановившись, чтобы дать возможность тайному аромату ее тела проникнуть в мой организм. — Исправь меня, Фэрроу.

Каждая секунда, когда она приближалась к тому, чтобы освободиться от Веры и сводных сестер, еще больше отдаляла нас друг от друга. В тот момент, когда я буду ей больше не нужен, она уйдет.

И что с того, что она уйдет?

Я вернусь к своему мирному, спокойному существованию.

Структурированное, безжалостное и одинокое.

Безжизненное.

43

ФЭРРОУ

Фэрроу:

У нас прорыв в отношении завещания отца.

Фэрроу:

Я точно смогу оспорить его.

Фэрроу:

Ари?

Фэрроу:

Ты там?

Фэрроу:

Ты уволена как мой лучший друг.

Фэрроу:

Ладно, нет.

Фэрроу:

Но вернись.

Ты мне нужна.

44

ФЭРРОУ

Через два дня после своего дня рождения я вернулась к мытью унитазов и протиранию окон.

Мои колени скребли по кафелю ванной комнаты в гостевой комнате Зака, когда я заливала отбеливатель в унитаз, которым никто не пользовался по меньшей мере десять лет. Химия жгла мне нос и жгли глаза.

Зак бродил по дому, словно взбесившийся фантом, лаял приказы и отбрасывал мрачную, грозную тень на Натали и остальных сотрудников.

С утра он не делал никакой работы, вместо этого заглядывал в разные комнаты, между которыми я порхала, и требовал рассказать, что я хочу съесть на обед, какие у меня планы на послерабочее время и можно ли провести время вместе.

Я полагала, что ""провести время вместе"" — это код для того, чтобы тереться гениталиями до тех пор, пока не вспыхнет огонь.

К своему стыду я не находила такую перспективу слишком пугающей. Да, он был помолвлен, но я читала толстый контракт с Эйлин на его столе.

Ни один из них не хотел жить в одной комнате, прикасаться друг к другу или даже сожительствовать в одном штате. Я даже была посвящена в их разговоры.

Они были похожи на престарелых братьев и сестер, которые с трудом терпят друг друга из-за взаимного интереса к разделу жирного наследства.

И все же что-то елозило в моих внутренних органах, пожирая меня изнутри и снаружи, по одному кусочку за раз.

Я поменяла отбеливатель на пчелиный воск и чистящие салфетки и перешла к деревянным шкафам.

Позади меня со скрипом открылась дверь. Я вытерла локтем вспотевший лоб, не удосужившись взглянуть на незваного гостя.

— Я уже говорила тебе… Я хочу на обед сырные шарики с макаронами и бургер. — Я вздохнула. — Да, я знаю, что мне не пять. Нет, я не хочу…

— Поднимай свою задницу, Золушка. Мы уходим отсюда.