Темное влечение

Отныне ты — Эридан, первый из графского рода, герб которого, к счастью, у тебя уже есть.

Король кивнул на рисунок, вышитый у него на рубашке, и широко улыбнулся.

— И это был не вопрос, — добавил его величество через мгновение.

Кайл стиснул зубы, чувствуя, как земля уходит из-под ног. А затем склонил голову.

После этого Ирвиш махнул рукой, и Ниару тут же лишили цепей.

— Вы свободны, — проговорил король. — Но не забывай, Кайл, что ты должен наказать свою служанку за то, что она натворила. Я рассчитываю на тебя.

Некромант снова кивнул, одновременно сделав короткий знак Ниаре, чтобы следовала за ним, и процедил сквозь зубы:

— О! Уж я ее накажу…

В этот момент девушка уже успела приблизиться к нему и услышала каждое слово.

На бледных щеках снова загорелся румянец, большие глаза стали огромными. Кайл взглянул на нее, не отрываясь, и добавил так, чтобы она была уверена, что он говорит это именно ей:

А затем развернулся и пошел прочь из зала, с удовольствием слушая, как тихо шуршат позади испуганные женские шаги.

Выйдя за ворота замка, Кайл взглянул на стражника, которому отдавал поводья, таким взглядом, от которого тот мгновенно побелел, как простыня. Поклонился, а через минуту привел ему отдохнувшую лошадь.

Кайл принял поводья, словно так и должно быть, сунул ногу в стремя и оседлал животное, тут же протянув руку Ниаре. В это время она стояла чуть в стороне с таким несчастным видом, будто он дракон, а она — дева, которой уготована участь обеда.

— Ты долго будешь там стоять? — с раздражением спросил некромант, и девушка поспешно приблизилась, вложив свою ладонь в его.

Ледяные пальцы обожгли его. А, когда Ниара села в седло впереди, Кайл наконец заметил, как она дрожит. Мелко, едва ощутимо. Но все ее тело трясло так, словно она только что упала в прорубь и еще не успела этого осознать.

Граф послал лошадь вперед. Он думал, что не прикоснется к Ниаре, будет всю дорогу ехать отстраненно, словно он с ней вовсе не знаком. Но не смог. Его руки касались ее талии, плотно, крепко. Он заставил девушку прижаться к своей груди, чувствуя, как она дрожит, не в силах этого выносить.

Но это не могло заставить его с ней разговаривать.

Очень скоро Ниара отогрелась, а когда они выехали за черту столицы, уже стало гораздо спокойнее и ему самому. Уже не казалось, что вот-вот за спиной раздастся топот конских копыт, после которого личная гвардия короля окружит их, преградив путь, с приказом вернуться в замок.

Ирвиш Шерран отпустил их, но он мог и передумать. На то и король.

— Вы так и будете молчать, граф? — примерно через час езды спросила Ниара, явно надеясь начать с ним душещипательный разговор.

— Нет, — оборвал он, уже слыша, как бурлит внутри нее поток объяснений, которые были ему сейчас совершенно не нужны.

— Но… — воскликнула она.