Тёмное прошлое. Пальмовый дневник каракала полиции

Безвольная Лапка надеялась, что из-за страха перед армией сусликов попугай от неё отстанет и перестанет доклёвываться, ведь он ошибочно полагал, что тайна Лапки заключается в том, что она суслик из Дикой Лесостепи. Лапка понимала, что любое копание во тьме её прошлого чрезвычайно опасно, и что попугай слишком близок к истинной тайне, а именно к тому, что она не Безвольная Лапка, а Сура, которая…

– …сдохла и стала зомби! – подсказала из дырки в земле высунувшаяся по пояс Сурикатька. – И поэтому никогда не улыбалась!

– Жители саванны, слушайте шамана! – тут же включился Медоед. – Опасайтесь мрачных, вымерших зомбéй! Зомби вылезают из жерла́ вулкана! Чтобы утащить нас под землю́ к себе!

– А давайте, раз суслики отменились, а тут уже все экипированы и запелёнуты, мы тогда под моим предводительством отправимся охотиться на зомби? – предложил Китоглав, которому явно не хотелось возвращаться в темницу. – Мы могли бы воспарить над вулканом и сбросить туда, например, сурикатов. Сурикаты, жертвуя собой, спикируют в жерло, зомби, ничего не подозревая, на них набросятся, и тогда уже мы тоже туда все спикируем и возьмём этих зомби тёпленькими!

– Отличный план! – поддержал Китоглава буйвол. – А мы зомбиков копытом топ-топ! Давайте пикировать!

– Нам не хочется пи-пи-пи-пикировать на зомби! – запищали сурикаты.

– Нету никаких зомби, – сказала я.

– Как так нету? – насупился буйвол. – Ты нас за дураков, что ли, держишь, полиции каракал? То говоришь, что сурикатиха Сура восстала из дохлых, то вдруг отнекиваешься!

– Я не говорила, что она восстала из дохлых.

– Ну, раз она ходила туда-сюда, фальшивыми кокошами за билеты расплачивалась и даже детей растила, значит, всё же восстала! – сварливо возразила Бородавочница.

– Если бы Сурочка была совсем дохлая, она бы не шевелилась, – согласилась с торговкой Сурикатька.

– Сурочка не была дохлая – ни совсем, ни частично, – сказала я. – А не улыбалась она, чтобы скрыть отсутствие переднего правого зуба, вот этого, – я подняла в воздухе зуб-кулон на паутинной цепочке. – Ну и чтобы не демонстрировать оставшиеся в пасти зубы со сколами. Конечно, Сурочка перекрасилась, но по зубам её любой мог узнать.

– В смысле – не сдохла и перекрасилась? – буйвол наморщил лоб, и шкура у него между рогами собралась в три толстые складки, что свидетельствовало о титаническом напряжении мозга. – Её же сожрали львы!

– Это официальная версия. На самом деле всё было немного иначе. Три года назад, в засушливый сезон, Сура пробралась в Изысканную Резиденцию, где пыталась ради своих страдавших от жажды детёнышей набрать в ковшик воды из бассейна для омовения копыт. Ей это не удалось: жирафамать Рафаэлла застукала Суру на месте преступления и приговорила к смертной казни.