Темное настоящее

Через час она скончалась. Посольский врач осмотрел тело и поставил диагноз «острая сердечная недостаточность». На основании заключения врача и документов, предоставленных бригадой скорой помощи, в консульском отделе посольства СССР вынесли заключение о смерти гражданки Карташовой Н. А. по естественным причинам. Вскрытие тела решили не проводить. В воскресенье к Карташову в госпиталь приехал сотрудник посольства. Выразив соболезнования, он поинтересовался, кто будет забирать тело в Москве. Лев Иванович, узнавший о смерти жены в день ее гибели, уже продумал этот вопрос и распорядился похоронить жена на христианском кладбище в Багдаде.

– Пусть вам не покажется циничным, – сказал Лев, – но я не собираюсь оплачивать доставку тела из Москвы в Свердловск. После кончины супруги для меня наступили трудные времена, каждая копейка на счету. Родственники жены ее тело в столицу встречать не поедут. Похороните Нину здесь, в Багдаде. Так будет лучше для всех.

Дипломат спокойно выслушал решение Карташова, но попросил оформить его в письменном виде. Лев Иванович дрожащей рукой написал заявление на имя посла, поставил подпись.

– До сих пор в себя не могу прийти, – извиняющимся тоном сказал он. – Столько лет мы прожили душа в душу, и вот… У меня к вам будет одна просьба – присмотрите за дочерью, пока я не выйду из госпиталя.

– Не волнуйтесь! Лилю до вашего выздоровления забрала в свою семью завуч школы. Девочка ни в чем не будет нуждаться. В случае необходимости посольство всегда придет на помощь.

Нину Карташову похоронили в Багдаде. Дочь на похоронах не проронила ни слезинки.

14

В начале ноября Карташова и Азиза переселили на второй этаж, в двухместную палату с лоджией. Вопрос с курением был решен. На первом этаже приходилось выходить во двор, так как окна с пуленепробиваемыми стеклами не открывались. Покурить, сидя на подоконнике, было нельзя. В новой палате была благодать – после ужина дыми на лоджии сколько хочешь.

Лев Иванович быстро привык к больничному ритму жизни. После подъема дежурный медбрат проверял у больных температуру, делал предписанные врачом уколы. Перед завтраком больных осматривал лечащий врач, выписывал направления на процедуры. До обеда Карташов и Азиз лечились, потом отдыхали. В 16 часов медицинский персонал расходился по домам, в госпитале оставалась только дежурная смена. Больные, предоставленные самим себе, начинали бродить из палаты в палату, проведывать знакомых. Азиз, если не было гостей, после обеда рассказывал Карташову о жизни в Ираке, о причинах ирано-иракской войны, о революции. В шестом часу вечера, с наступлением сумерек, шторы в палате задергивали в целях светомаскировки. В 18.