На пятьдесят оттенков темнее

Его новая, робкая улыбка совершенно обезоруживает меня, и у меня от нее захватывает дух.

– Прекрасно удавалось, да? – бормочет он.

Я краснею.

– Чаще всего да.

– Что ж, в таком случае… – Он протягивает мне ключи, обходит вокруг машины и открывает передо мной водительскую дверцу.

– Налево, сюда, – командует Кристиан, и мы берем курс на север, на I-5. – Черт, осторожнее, Ана! – Он хватается за приборную панель.

Да ради бога. Я закатываю глаза, но не поворачиваю к нему голову. Из стереоустановки воркует Ван Моррисон.

– Сбавь скорость!

– Я сбавляю!

Кристиан вздыхает.

– Что сказал тебе Флинн? – В его голосе я слышу беспокойство.

– Я уже говорила: что я должна дать тебе почувствовать пользу сомнения.

Проклятье, пожалуй, надо было уступить руль Кристиану. Тогда я могла бы смотреть на него. Да… Я сигналю о том, что останавливаюсь.

– Что ты делаешь? – рычит он, встревожившись.

– Уступаю тебе руль.

– Почему?

– Чтобы я могла смотреть на тебя.

Он смеется.

– Нет уж, ты хотела вести машину – вот и веди, а я буду смотреть на тебя.

Я хмурюсь, глядя на него.

– Не отрывай глаз от дороги! – кричит он.

У меня лопается терпение. Правильно! Я останавливаюсь у обочины прямо перед светофором и выскакиваю из машины, хлопнув дверцей. Стою на тротуаре, скрестив руки на груди, и злобно гляжу на него. Он тоже выходит.

– Что ты делаешь? – сердито спрашивает он.

– Нет, что ты делаешь?

– Здесь нельзя останавливаться.

– Знаю.

– Так почему остановилась?

– Потому что я сыта по горло твоими командами. Либо садись за руль, либо заткнись и не командуй, когда я веду машину.

– Анастейша, возвращайся в машину, пока мы не получили квитанцию о штрафе.

– Нет.

Он растерянно моргает, не зная, что делать, потом проводит руками по волосам, и его гнев превращается в удивление. Внезапно у него становится такой комичный вид, что я невольно улыбаюсь. Он хмурится.

– Что? – снова рычит он.

– Ты."

"– Ох, Анастейша! Ты самая несносная женщина на планете! – Он потрясает в воздухе руками. – Ладно, я поведу машину. – Я хватаю его за лацканы пиджака и тяну к себе.

– Нет, это вы самый несносный мужчина на планете, мистер Грей.

Он окидывает меня с высоты своего роста темным пронзительным взглядом, потом обнимает за талию и прижимает к себе.

– Может, мы и предназначены друг для друга, – тихо говорит он и, уткнувшись носом в мои волосы, вдыхает их запах. Я обхватываю его руками и закрываю глаза. Впервые с утра я чувствую душевный покой.

– Ах… Ана, Ана, Ана, – шепчет он, приникнув губами к моим волосам.

Я еще крепче сжимаю объятия, и мы неподвижно стоим, наслаждаясь мгновением неожиданного покоя среди уличной суеты. Отпустив меня, Кристиан открывает пассажирскую дверцу.