На пятьдесят оттенков темнее

– Пошли, – командует он, а Тейлор садится за руль. Я хватаюсь за протянутую руку и плетусь за ним через обширный вестибюль к лифту. Он не отпускает меня.

– Кристиан, почему ты так сердишься на меня? – шепчу я, пока мы ждем.

– Ты знаешь почему, – бормочет он, когда мы входим в лифт; он набирает код своего этажа. – Господи, если бы с тобой что-нибудь случилось, я был бы уже мертв.

От его тона веет ледяным холодом. Дверцы закрываются.

– В общем, я намерен поставить крест на карьере этого ничтожества, чтобы он больше не обижал девушек, пользуясь своим положением. – Он качает головой. – Господи Иисусе, Ана! – Внезапно Кристиан обнимает меня, прижав в углу лифта."

"Его пальцы погружаются в мои волосы, он заставляет меня запрокинуть голову и целует в губы, страстно и отчаянно. Я не знаю, почему это становится для меня неожиданностью, но это так. Я ощущаю на вкус его облегчение, страстное желание и остатки гнева, а его язык вторгается в мой рот. Кристиан останавливается, глядит на меня сверху вниз, придавив своим весом так, что я не могу пошевелиться. А я судорожно хватаю воздух, цепляюсь за него, ища поддержки, гляжу на прекрасное лицо, на котором сейчас я вижу решимость и не замечаю ни крупицы юмора.

– Если бы с тобой что-нибудь случилось… Если бы он причинил тебе вред… – Он замолкает, а я чувствую, как он содрогается. – «Блэкберри», – приказывает он спокойным тоном. – Отныне только так. Поняла?

Я киваю, сглатываю комок в горле и не могу отвести взора от его строгих, завораживающих глаз.

Он выпрямляется и разжимает объятья, когда лифт останавливается на нашем этаже.

– Он сказал, что ты ударила его по яйцам. – Кристиан говорит это уже веселее, даже с легким восхищением, и я делаю вывод, что он меня простил.

– Да, – шепчу я, с трудом опомнившись от страстного поцелуя и бесстрастного приказа.

– Молодец.

– Рэй служил в армии. Он и научил меня.

– Правильно сделал, я очень рад, – хмыкает он и добавляет, подняв бровь: – Придется мне помнить об этом.

Взяв за руку, он выводит меня из лифта, я иду следом, испытывая облегчение, и думаю о том, что ему лучше не попадаться под руку, когда он в плохом настроении.

– Мне надо позвонить Барни. Я быстро.

Он исчезает за дверью своего кабинета, оставив меня в гостиной. Миссис Джонс добавляет последние штрихи к приготовленным блюдам. Тут я понимаю, что ужасно голодна, но я хочу тоже что-то сделать.

– Вам помочь? – спрашиваю я.

Она смеется.

– Нет, Ана. Может, я приготовлю вам коктейль или что-нибудь еще? У вас усталый вид.

– Я бы выпила бокал вина.

– Белого?

– Да, пожалуйста.

Я сажусь на стул, и она протягивает мне бокал прохладного вина.