Темная лошадка

И вообще, что это я, — опомнилась Бьянка. — Моя машина перегораживала выезд, он возился с углями… я видела из окна бани горящий мангал…

— А самого Алекса? — быстро вставила я.

— Нет, по-моему, нет. Но огонь горел! Дрова он подкладывал…

«И смотаться в город на попутке он тоже мог. Пока ты парилась», — мысленно добавила я.

— Время ты помнишь?

— Да. И оно не совсем совпадает. Я не видела Алекса с шести до половины восьмого. Примерно."

"«Если хитроумные Хорские не перевели стрелки на часах и не запутали тебе мозги. Алиби Алекса можно принять только под огромным вопросом».

— Ты рассказала все это следователю?

— А пошел он к е… матери! — зло выругалась Кутепова. — Всю душу из меня вынул! Кто да откуда, да почему? Я не знаю, зачем Валерии и Алексею понадобились ключи от нашей квартиры и откуда они их взяли, но в одном я уверена точно — этот гребаный пистолет им ни к чему! Я могу представить их шантажистами, мерзавцами, кем угодно, но только не убийцами. Выделка не та, жидковаты ребята.

— А вдруг?

— На хрен! — выругалась Бьянка. Не иначе, как в грим уборной балетных так принято. Хотя с пачками и мантильями мат не очень монтируется. Как никак волшебницы и феи. — Я точно знаю, Алекс три раза обделается, прежде чем на курок нажимать. А кучки говна рядом с трупом что-то не находили.

— А Валерия?

— А Валерия все время была в парной. Рядом со мной, — раздельно произнесла Бьянка. — И хватит об этом. — Накапала мне в рюмку коньяка, себе вылила весь остаток и, чокнувшись с пустым армянским «тренером», выпила.

Крепкая бабенка. Меньше чем за полчаса засадила грамм триста пятьдесят, зажевала все долькой лимона и, не удивлюсь, если за руль полезет. Если не упадет.

За руль не полезла, на ногах устояла. Возвращались мы на такси. Машину позже перегнал шофер Кутепова.

Отбрехавшись от церемонного субботнего обеда, я помчалась на свидание с Андрюшей. Он позвонил на сотовый, едва я и Бьянка переступили порог пентхауза, и назначил встречу в баре гостинице. Место было нами обжито и насижено.

По случаю субботних грядок и посевной, бар пустовал не хуже прокуратуры. Андрея я увидела за столиком, перед ним стояла запотевшая бутылка минералки, уже не пустая пепельница и два бокала. Один из них чистый, второй с коньяком.

Увидев коньяк, я содрогнулась — начатый с коньяка день, видимо им же и закончится.

— Давно ждешь? — усаживаясь напротив, спросила я.

— Минут десять. Доехал раньше, чем предполагал, город, словно вымер, на трассах одни маршрутки.

— Тепло, весна, народ на природу потянулся, — кивнула я и попросила бармена принести мне капучино. Андрей с некоторым ехидством держал паузу, курил и любовался моей красотой. — Не томи, — строгим тоном произнесла я, — пожалуйста.