Темная империя. Книга вторая

И вообще везучих набралась целая чайная.

Зато по всей «Магии Чая» разносился приятный чайный аромат, перекрывающий даже запах цветов, и один этот запах словно делал разговоры тише, атмосферу приятнее, лица дружелюбнее. И единственное, что меня действительно огорчало – отсутствие господина Эллохара. Почему-то, несмотря на размолвку, я искренне надеялась, что он придет… И до сих пор пустовал один кабинет, по моей просьбе, на удивление исполненной господином Мелоуином. Но моего спасителя, и спасителя всей чайной, не было. С момента открытия прошло более четырех часов, уже ушли первые гости, но все прибывали и прибывали новые, однако тот, кого я ждала с замиранием сердца, так и не пришел.

Вновь посмотрела на вход, грустно улыбнулась, усилием воли подавив желание обнять себя за плечи. Я чувствовала себя одинокой здесь, среди почти сотни людей. Я отовсюду ощущала взгляды, и мне было неловко. Хотелось уйти, давно хотелось, еще с момента открытия, я ведь даже предположить не могла, что придется стоять у входа, всем улыбаться, всех приветствовать…

Вошли новые посетители – господин Элрус, кондитер, и господин Таго, трактирщик. Они были в толпе тех, кто ухохатывался, едва мы повесили объявление о том, что «первая чашка бесплатно», а сейчас никто уже не улыбался, оба были предельно суровы.

– Приятного вечера, – да, улыбаться пришлось мне. – Мы рады вас видеть.

Торговцы переглянулись, господин Элрус толкнул локтем в бок господина Таго, и прошипел достаточно громко:

– Чего молчишь, деревенщина? Ишь, сама целая леди магианна рада нас видеть!"

"Внезапно поняла, что больше никогда не буду приветствовать клиентов. Что бы ни говорил господин Меллоуин, для меня это унизительно.

– Прошу вас, проходите, – стараясь сохранить улыбку, предложила я.

И мне уже было все равно есть там столики или нет, хватит им места или не хватит и что скажет господин Мелоуин. Наверное, это было последней каплей. И едва господа прошли, я повернулась, нашла Германа, и жестом показала, что ухожу.

Младший Шилли торопливо подошел, и тихо спросил:

– Надолго?

– Пройдусь, – шепотом ответила я, – не могу больше.

Кивнув, Герман ответил:

– Недалеко только, – и встал на мое место.

Ни на кого не глядя, и не обернувшись на оклик господина Меллоуина, я вышла из чайной, изобразила улыбку, проходя по заполненной клиентами террасе, выйдя на улицу, прошла мимо внушительной очереди, которая, казалось, только увеличивается, и, перейдя дорогу, вошла в городской парк. Хотелось подойти к озеру, сесть на берегу, опустить руки в прохладную воду, посмотреть на распустившиеся в сумраке кувшинки и не думать, просто забыть о сегодняшнем вечере.

Но если бы я только могла предположить, что увижу у озера, я бы осталась в чайной. Я бы навсегда там осталась.