Темная империя. Книга третья

Но вместо ответа на его вопрос, Тьма неожиданно задала свой:

– Тогда зачем, сын? Зачем ты присоединился к учению идущих Путем Ненависти? Зачем вырезал Шепчущих? Зачем готовишься провести ритуал, что высвободит мои силы, заточенные в Бездне?! Зачем?

Золотой жрец не ответил – он улыбнулся.

И Тахир с ужасом понял – Таэлран не собирался возвращать силу матери, его цель была иной, совершенно иной. Понял и то, для чего шестой жрец оставил в живых одну из темно-эльфийских принцесс. Он все понял!

Поняла и Тьма, показавшаяся в проеме убогого дома, что был ее тюрьмой. Поняла, и в ужасе рухнула на колени.

– Ты… – прохрипела она. – Ты…

– Хочу стать богом? – уточнил Золотой жрец. Улыбнулся шире и протянул: – Видишь ли, мама, у выросших в «тепличных условиях подземелья дроу» с детства формируется мечта – увидеть все существующие миры. Я планирую не только увидеть.

– Ты, – Тьма осела на пол, – ты проведешь ритуал и заберешь всю силу себе?

– Как же ты примитивна, – усмехнулся Таэлран, – впрочем, с твоей эгоистично-приземленной точки зрения все действительно именно так.

– Тыыыыы… – богиня рухнула на земь, тонкая рука с отощавшими пальцами высунулась на свет, кожа мгновенно зашипела и покрылась волдырями, но Тьма словно не чувствовала боли.

Золотой жрец презрительно посмотрел на нее, затем перевел взгляд на студенистое черное создание, колышущееся у его ног, повинуясь какому-то мальчишескому порыву прижал ногой одну из многочисленных лапок и существо жалобно запищало. Таэлран убрал ногу, затем вновь посмотрел на мать. Усмехнулся и произнес:

– Я видящий, мама, как и мой отец, и мы всегда видели тебя насквозь. Твой эгоизм, твою непомерную жадность, твою чрезмерную глупость, недалекость, примитивизм. Ты же богиня, мать. Ты – богиня! Но у дешевой продажной женщины, мозгов больше, чем у тебя!

Она тяжело дышала, с трудом убрав руку с освещенной полосы света – искореженную, покрытую волдырями ладонь. Затем подняла голову, с какой-то звериной тоской глядя на сына, и дрожащий в скальной нише Тахир вдруг почувствовал, что произойдет дальше. Демоны всегда ощущают смерть…

– Кстати, – Таэлран ослепительно улыбнулся матери, – у меня для тебя новость, мама, и полагаю, она тебя обрадует.

– Нет, – Тьма обреченно сжала руки, и ее когти с жалобным скрежетом прошлись по каменному полу.

– Да, мама, да, – Золотой жрец посмотрел вверх, на искусственное солнце, – боги смертны и…

– Скажи, чего ты хочешь, – испуганно зашептала Тьма, – просто скажи, чего ты хочешь, сынок. Я все сделаю, я…

– Ты!

Он вдруг отшвырнул порождение мрака, и то, описав дугу, с писком ударилось о скалу, и сползло по ней рваными клочьями.

– Ты, – повторил Таэлран. – Я ведь пришел к тебе просить помощи, мама.