Темная Империя. Книга 2

Смерть — прозвище принца Хаоса, звучавшее в ее родном мире чаще полного титула магистра Эллохара. Легкий кивок головы, и она указала на стройную девушку, с несколько натянутой улыбкой стоявшую недалеко от дверей. Ноздри Ихара затрепетали, прикрыв глаза, демон вдохнул, улыбнулся:

— Чистая аура. Кристальная. Тьмы нет ни капли. Как капля росы в пустыне.

— Ты — сыт! — напомнила Хеарин.

Демон промолчал.

— Причинишь вред — убью, — утратив всяческий страх, предупредила вампирша.

Ихар окинул ее насмешливым взглядом, насмешливо ухмыльнулся.

— Школа Искусства Смерти, боевой факультет, выпускная группа, — отчеканила адептка.

Улыбка демона сошла на нет. Зато улыбнулась Хеарин, уверенно и спокойно. Демон Аклора был ей по силам, теперь был по силам, двенадцать лет назад встреча с низшим грозила бы мгновенной смертью.

— Я буду осторожен, — заверил Ихар.

Вампирша кивнула, не сводя с него глаз. В воздухе медленно формировался боевой аркан. Демон поежился, затем перевел взгляд на магиню.

Третье королевство. СардаНаирина Сайрен"

"Вынуждена признать — без господина Мелоуина открытие чайной было бы обречено на провал. Но мастер-кондитер оказался истинной находкой, и, несмотря на то, что против его идеи «Первая чашка чаю бесплатно» выступили все братья Шилли, сумел настоять на своем. В результате за час до открытия я спешно выводила черной краской заветные слова про первую бесплатную чашку, на плакате, который для меня держали натянутым Сэм и Герман. Выводила трижды — первые два варианта уважаемый мастер забраковал. А после данный плакат повесили над входом на террасу, так чтобы было видно всем, «даже очень быстро по дороге проезжающим». Видно было действительно всем, и все торговцы не преминули остановиться, чтобы посмеяться с «утративших последние мозги Шилли». Мне было стыдно, Герману тоже, Сэм вовсе на улице больше не показывался, Алех, сжав зубы, сказал «доверимся господину Меллоуину», бородатый мастер-кондитер потирал ручки и выдал нам лишь одну фразу «Клянусь Бездной, мне понравится видеть их раздосадованные рожи».

После упоминания бездны Алех как-то напрягся, хмуро взглянул на нашего бородатого консультанта, но ничего не сказал мне, даже заметив мой вопрошающий взгляд. Он никому ничего не сказал больше до самого открытия.

А в семь часов вечера перед чайной собралась толпа. Нарядная, предвкушающая, в ожидании поглядывающая на городские часы, песок на которых вдруг стал сыпаться очень медленно… или мне так показалось.

— Най, здесь человек двести! — потрясенно пробормотал стоявший рядом со мной у окна на втором этаже Герман.