Темная Империя. Книга 2

— Залечу сам, — пересохшее горло саднило. — И я рад, что «ты» переселяешься в отдельную комнату.

— Нет, Ниран, мы переселяемся, — вскочив, поправила девушка.

— Ты! — отрезал маг. — Точнее «вы», магианна Далар.

И юноша, сжав клинки, направился к Золотому жрецу, отчетливо осознавая — впереди новое унижение, но выбора не было.

Третье королевство. СардаКондитерская «Пышечка»Полноватый мужчина преклонных лет, время от времени потирая сухие ладони, упоительно переписывал четкие пропорции, меняя лишь названия в рецептах. Так, к примеру, «Миндальное печенье» превратилось в «Миндалек хрустящий», а «Гаренские эклеры», в «Шоколадные пышки». В том, что новый ассортимент его кондитерской придется по вкусу клиентам — господин Сайк даже не сомневался — у леди Сайрен оказался на редкость изысканный вкус, так что кондитер рассчитывал на внушительное увеличение прибыли уже с завтрашнего дня. К тому же, договор с братьями Шилли обязывал его ни в коем случае не использовать в коммерческих целях двенадцать предоставленных рецептов со следующими названиями, к примеру «Миндальное печенье». Ну так печенья и не будет, зато уже сегодня вечером кондитеры приступят к выпечке «Миндалька хрустящего», а сие ни законом, ни договором не запрещается.

Подхихикивающий кондитер не сразу обратил внимание на тихий, но настойчивый стук в дверь, а когда среагировал, было уже поздно — высокий светловолосый мужчина распахнув створку уверенно шагнул в его кабинет.

— Эм… простите, — начал было Сайк, вороватым движением собирая листы, исписанные аккуратным женским почерком.

— Прощаю, — с поистине царственной милостью произнес мужчина, запирая дверь.

Щелкнул проворачиваемый ключ, заставляя господина Сайка почувствовать себя несколько неуютно.

— Совесть, — отходя от двери, и весьма нагло присаживаясь на край жалобно скрипнувшего стола, представился странный хорошо одетый мужчина, — исключительно ваша совесть.

А вы полагали, что меня не существует?

Безгранично удивленный торговец слабеющим голосом вопросил:

— Что?!

Незнакомец растянул тонкие губы в насмешливой улыбке, затем подался ближе к сжавшемуся кондитеру, и выдохнул:

— Совесть.

— Чья? — вконец перепугался господин Сайк.

— Ваша, уважаемый, — снисходительно напомнил магистр Смерти, — исключительно ваша.

Торговец нервно икнул. В силу возраста и профессии господин Сайк в людях разбирался превосходно, и вот сейчас он отчетливо понимал — перед ним очень высокопоставленный человек. Пальцы, сжимающие листки с рецептами, нервно задрожали.

— Пппростите, — простонал старик, испуганно втягивая шею в плечи.