Темная фея. Последняя из рода

– Говорю тебе, Рэйнольд, Тайлиэль ведет свою игру, мы не можем больше доверять ему, – нервно постукивая пальцами по резному подлокотнику кресла, внушал мне верховный маг.

– У нас пока нет оснований, чтобы делать такие выводы, – спокойно парировал.

– Ты не видишь дальше собственного носа, – разозлился Антуан.

– И что же конкретно я не вижу? Может того, что ты сам втайне от меня ищешь темную фею? И не надо делать вид, что это не так. Чего ты добиваешься, магистр? В последнее время я сильно сомневаюсь, что ты действуешь во благо нам всем.

– Я всегда в первую очередь думал о благе империи. Тогда, тридцать лет назад, и сейчас. Мы сильны как никогда, соседи нас боятся и уважают, ведь мы – это щит между жителями Эвиндейла и бездной, – пафосно закончил маг.

– А откуда взялась эта бездна с ее тварями? Как они просочились в наш мир? Ты уверен, что это феи постарались? – я задавал весьма опасные для себя вопросы, но мне важно было выяснить правду.

– Кто же еще способен на столь мощные манипуляции с тьмой, как не они? Удивляюсь тебе, Рэй.

– Не знаю, кто еще, но абсолютно точно понимаю, что зря мы уничтожили всех. Ал Тромер в своих донесениях постоянно твердит об увеличении активности бездны. Скоро мы не сможем справиться с прорывами своими силами.

– Твари не столь кровожадны. Им всего лишь нужна подпитка. Когда мы, наконец, найдем фею и заставим подчиняться, все успокоится, ведь угрозы для бездны больше не будет. Ей нужна кормушка, а фея может закрыть к ней доступ. Как только темная войдет в полную силу, если это уже не случилось, она запечатает щит Эвиндейла, только поэтому прорывы участились, мой император.

– Фея нужна нам живой в отличие от бездны. Ее смерть абсолютно неприемлема.

– Согласен с тобой, мой друг. Значит, нужно найти ее быстрее, только и всего, – магистр уже собирался покинуть мой кабинет. – Что ты решил по поводу Тайлиэля? Лучше бы он, конечно, остался здесь, тогда не составило бы труда устроить ему несчастный случай или нападение с последующим убийством.

– Я запрещаю трогать этого эльфа, – перебил Антуана. – Можешь быть свободен.

Маг ушел, хлопнув дверью. Власть, которую он получил после согласия на подселение в мое тело сущности из бездны, меня пугала. Сейчас я понимаю, каким идиотом был, что пошел на это, а тогда, почти тридцать лет назад, не задумываясь, повелся на сладкие речи магистра, что это принесет мне только пользу. В тот момент трон перешел мне от отца, погибшего в войне с феями. Я был слишком молод и неопытен, грезил лишь личным могуществом, которое с лихвой получил. Но дело в цене, которую приходится платить за это до сих пор и о которой умолчал верховный маг. Тварь, живущая во мне, требует жертв, в противном случае, она уничтожит меня самого.