Темная Академия (СИ)

— Что-нибудь еще, адептка Тиррен?

Я сдавленно выдохнула:

— Нет, — развернулась и бросилась к двери, а перед глазами уже все расплывалось от нового потока слез.

Я сама все испортила! Снова. И он был абсолютно прав. Какой мужчина потерпит, чтобы женщина сама принимала все решения и пыталась оградить его от трудностей? Да разве что тряпка и ничтожество! А Ирмерий не был ни тем, ни другим. Он сильный и умный мужчина, который просил меня лишь об одном: довериться ему, поделиться с ним своими проблемами, позволить помочь. Но проблема в том, что я так сильно люблю его, что просто не могу ему этого позволить. Впервые задумалась о том, что, вероятно, я не такая уж слабая, какой привыкла себя считать. Слабая женщина с радостью бы переложила свои проблемы на плечи любимого мужчины. А я желаю оберегать его. Наверное, моя проблема в том, что я сильнее, чем думала. И теперь в этой своей силе придется черпать утешение долгими одинокими ночами, когда буду оплакивать то, что потеряла.

Когда я выбежала из покоев ректора, по щекам градом катились слезы. Я даже дороги не различала, едва плетясь по коридору по направлению к лестнице. А потом и вовсе остановилась и прислонилась к стене. Как в таком виде смогу спуститься, зная, что там куча народу? Начнутся расспросы, домыслы, сплетни, а этого добра мне и так более чем хватает. Нет, нужно сейчас успокоиться, взять себя в руки и только потом спускаться. Я медленно опустилась на пол, скользя спиной по стене. Обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Медленно вдыхала и выдыхала, стараясь успокоиться и остановить поток слез. Но они будто жили своей жизнью и продолжали катиться из глаз помимо воли. От досады я до боли прикусила нижнюю губу, но это мало помогло. Снова и снова прокручивала в голове разговор с любимым и думала о том, что могла сделать по-другому. И находила множество слов, которые тогда так и не догадалась сказать. Да нужно было просто броситься к нему на шею, в конце концов! Зацеловать до тех пор, пока не поймет, как же сильно я люблю его и как несущественны все недоразумения по сравнению с этим.

Я издала страдальческий вздох, понимая, что не решусь снова вернуться туда и встретиться с презрением и холодом в его глазах. Нужно смириться с тем, что я проиграла. Как говорил декан Байдерн: жалеть до конца своих дней о том, что потеряла. Он словно предчувствовал такой финал. Губы тронула горькая улыбка, вызывая новый поток слез.

Когда рядом раздалось деликатное покашливание, я даже не сразу отреагировала. Показалось, что мне просто послышалось. Я вообще будто находилась не здесь, совершенно позабыв, что сижу в коридоре жилого крыла Академии, где в любой момент кто-то может появиться.