Темная Академия (СИ)

Я понимала, что это не будет длиться вечно и что многое зависит от того, как я себя поведу сейчас. Сжав руки в кулаки, чтобы подавить охватившую меня дрожь, тихо проговорила:

— Ирмерий, пожалуйста, впусти меня. Нам нужно поговорить.

— А нам есть, о чем говорить? — его бровь иронично взметнулась, напомнив излюбленный жест декана Байдерна. Интересно, он сделал это специально?

— Пожалуйста… — все заготовленные пламенные речи улетучились из головы, и я смогла выдавить только это одно простое слово. Но в него постаралась вложить все, что в этот момент происходило внутри. Глухую тоску, мольбу, покорность. Понимала, что если он сейчас прогонит, стена между нами может стать настолько крепкой, что в следующий раз разбить ее будет еще тяжелее. А может, и вовсе невозможно.

Не знаю, почувствовал ли он все это, но выражение лица изменилось. На нем больше не читалось издевки. На нем вообще ничего не читалось. Он снова нацепил привычную маску бесстрастности и отступил от двери, жестом приглашая пройти внутрь. И я ощутила, как немного отпускает чудовищное нервное напряжение от осознания этой маленькой победы. Ирмерий согласился поговорить — уже кое-что! Главное, не испортить все неверными словами. Но как же это трудно, когда в голове сейчас все напоминает кашу, а сохранять хладнокровие и рассудительность — выше моих сил!

Ирмерий указал в сторону кресел у камина, где мы так часто любили сидеть вдвоем, обсуждая события дня или просто молчали, наслаждаясь обществом друг друга. На негнущихся ногах я приблизилась и опустилась в одно из них. Ректор не последовал моему примеру и подошел к окну, встав ко мне вполоборота.

— Слушаю вас, адептка Тиррен. Но желательно, говорите побыстрее. У меня был тяжелый день. Хотелось бы отдохнуть.

Как ведром холодной воды окатило от этого церемонно-вежливого тона. Хоть я и понимала, что он деланный, и на самом деле внутри ректора клокочут не менее сильные эмоции, чем во мне. Но от этого легче не стало. Как растопить этот холод, заставить его выпустить наружу собственные чувства? Если мне это не удастся, я проиграла.

Придется отбросить правила приличий. В эту игру он может играть долго, и от перебрасывания дежурными фразами не будет никакого толку. Нужно отбросить привычную деликатность. Мне придется это сделать…

— Почему вы отказали принцессе Лаурне?

Удар достиг цели. Ректор вздрогнул, явно не ожидая подобного вопроса. Развернулся ко мне, скрестил руки на груди и смерил полыхнувшим гневом взглядом.

— Вы считаете, что вправе задавать мне такие вопросы, адептка Тиррен?! По-моему вы забываетесь. Я уже не говорю о том, что возникает вопрос: откуда вы узнали об этом.