Телохранитель для Евы

Родион прямым текстом сказал, что если я не стану с ним ласковее, он ещё больше начнёт зажимать отца. Но разве можно требовать любви? После того, что он со мной проделывает? Измайлов просто больной ублюдок, если считает, что я смогу его полюбить!

— Ева, ты на учёбу не опоздаешь? — раздался голос Яна справа и я очнулась.

— А? — растерянно ответила ему и нервно провела по волосам. — Да, сейчас я… оденусь, и мы поедем.

Продолжая дрожать, я пошла наверх под внимательным взглядом моего телохранителя. Кое-как заставила себя собраться с духом, переодеться и привести себя в порядок для выхода из дома. Кинула взгляд в зеркало ещё раз — вроде бы ничего. Бледная, правда что, и глаза как две дыры чёрные. Ни блеска, ни радости. Я будто бледная тень самой себя два месяца назад. Сложно уже представить, что какие-то шестьдесят дней назад я была совершенно другой — уверенной в себе, яркой, позитивной девчонкой. А сейчас я стала зашуганная, всего боюсь, не хочу возвращаться домой и постоянно в слезах. Жизнь и здравый рассудок будто утекал из меня день за днём, меня стирало из этого мира, словном ластиком. Ощущение, словно я тут год уже живу, в этой и физической, и моральной тюрьме. В кого ты превратил меня, Измайлов? Ты сломал меня. Меня больше нет. Когда же ты наиграешься мной и моей семьёй?

Ладно, хватит. Несколько раз шумно вздохнула, взяла сумку с тетрадками и пошла к машине. Молча уселась на своё место и смотрела на дорогу. Небо было холодное и хмурое, как и моё настроение.

— Ян, вечером добавиться ещё одно незапланированное мероприятие, — нарушила я тишину.

— Хорошо. Во сколько?

— С семи вечера до десяти.

Снова повисла неловкая тишина. Мне было трудно находится рядом с ним, но выбора у меня нет. Душа рвалась в куски от того, что Родион не знает, как ещё ко мне подойти, и я чувствую его ко мне ненормальную страсть, которая лишь подпитывается моим ежедневным «нет», а в это время со мной каждый день рядом Ян, к которому запрещено прикасаться, даже просто поговорить невозможно. Он избегает контакта настолько, насколько это возможно. Конечно, кому нужна такая рыба-прилипала как я, да ещё с приложением в виде мужа-монстра? Всё понимаю, не осуждаю его, но так хочется хоть немного любви и ласки.

Поцелуй в тот вечер на обрыве не могу забыть. Он ответил мне, возможно, я даже нравлюсь ему тоже, но я — чужая жена, он не позволит мне снова перейти грань дозволенного. Как мне быть дальше, я не знаю.

Сегодня я просто хочу сбежать от мужа, никаких мероприятий у меня на вечер нет, но я уже ляпнула про съёмку, и теперь нам нужно уехать из дома на вечер. Так уж вышло, что везде приходится с собой таскать Яна. Страдать, плакать при нём. Меньше всего я бы хотела, чтобы мою боль и слабость видел именно он.