Телохранитель для Евы

Но потом заметила, что он и двое охранников взяли нас с Яном в круг, и обращался муж непосредственно к нам, переводя взгляд с меня на Яна.

— Что вы имеете ввиду, Родион Петрович? — бесстрастно спросил телохранитель.

Похоже, он не в курсе, что происходит. Так же как и я. Стало ещё страшнее… Я сцепила свои ледяные руки от волнения.

— Родион Петрович… Типа уважаешь меня, да?

— Вопрос тот же: что вы имеете ввиду, Родион Петрович? — так же, без единой эмоции, тем же тоном повторил Ян.

Муж вдруг рассмеялся как безумец. Я испугалась ещё больше, каждая пождилка затряслась, страх бился птицей под кожей. Когда он так смеётся — он очень зол, и выкидывает всегда что-то очень неприятное.

— А мне вот интересно, — продолжил говорит Родион, сверля глазами Яна. — Ты когда с моей женой трахаешься, ты её тоже уважаешь и зовёшь в процессе по имени-отчеству? Ева Андреевна, хотелось бы от Вас получить орал. Так?

От ужаса кровь в венах будто застыла и замёрзла. Как он узнал? Откуда?

Осторожно глянула на Яна. Он даже не посмотрел на меня. Я видела его полу боком. Лицо абсолютно ничего не выражало, будто бы Родион сейчас не сказал ничего особенного. Муж тем временем вцепился глазами в меня. Он знал, что от Яна эмоций не дождёшься, а у меня всегда всё написано на лбу…

— С чего вы взяли, что между нами что-то есть, Родион Петрович?

— Так, не выёбывайся теперь. Вон, на неё посмотри. Затряслась вся и побледнела. Она вас спалила. Трахаешься ведь с ним, да, любимая?

— Нет, — ответила я.

Хотела твёрдо, но со страху проблеяла как овца. Кажется, я утопила сейчас нас окончательно. В глазах Родиона появился тёмный гнев. Он понял. Убедился.

— Значит, со мной не нравится тебе, а с ним нормально, да? Только вот незадача: твой муж — я, а не он.

Я, закусив губу, молчала. Совершенно не знала, что делать. Как страшный кадр из какого-то боевика, да только это не кино, а моя жизнь. Ян так и стоял неподвижно и наблюдал за каждым действием Родиона и охранников. Он приготовился к прыжку тигра. Я успела достаточно изучить его, и даже через непроницаемую броню якобы безразличия чувствую, как каждая его мышца и мускул напряглись и вытянулись в струну. На сильных руках, которые видны из-под закатанных рукавов пуловера, особенно чётко проявилась сетка вен.

Он внезапно выхватил из пиджака пистолет и направил дуло на меня. Меня заколотило. Такого ужаса я ещё никогда не испытывала. Один Ян ничего не сделает против троих и пистолета.

Мы с ним сегодня умрём.

— Значит, так, — вздохнул Родион. — Мне надоел этот цирк. Я хочу посмотреть, как эту потаскаху убиваешь ты. Доставай свой пистолет.

Ян медленно вынул своё оружие.

— Ну, я жду! — Родион передёрнул курок.

Ян тоже поднял пистолет и направил на меня. Лицо было непроницаемым.