Телохранитель. Миллионер. Жених?

И зря!

Никогда быстро не пьянел. Но сейчас начинает вести. Теряю контроль, и мозг выдает одну картинку за другой - целую ароматную шейку Али, ем с ее тела косметический шоколад, ныряю в ротик языком (пусть всего на пару мгновений!)

- Наконец, ты расслабился.

Вздрагиваю. Черт, вообще забыл, что сижу у Оксаны.

А вот она помнит. Смотрит пристально. На автомате смотрю туда, куда смотрит она.

Бля-я-ять! У меня встал.

Любой взрослый мужик в такой ситуации танцевал бы от радости. Орган не сработал на любовницу, но все же пришел в норму. Можно выдыхать.

Но дело в том, что это ни хрена не норма! Встал у меня на Ромашку. Вернее, на фантазии о ней.

Походу, мой член становится однолюбом.

Оксана уже движется ко мне, плотоядно на него посматривая. Член дергается пугливо. Такое чувство, что сник бы и скукожился в секунду, если бы такое позволяла физиология.

Но так не бывает. Придется выручать парня…

- Окс, погоди… Я сегодня не в форме.

- Игнат, заканчивай свои шуточки уже! - морщится.

- Серьезно, Оксан, не шучу. Что-то мне… плохо! Живот…

Меня и правда скручивает. Как будто я чувствую страх!

Не перед Окс, конечно же. Боюсь я только самого себя. Всего того, что со мной происходит.

- Сделать тебе чай с ромашкой?

- Нет!!!!

Оксана отшатывается.

Я резко встаю. Поправляю благодарный мне член. Втягиваю предатель-живот и спешу к выходу.

- Игнат, ты можешь пойти в мой санузел…

- Нет! В смысле… мне не надо, - делаю правдивое выражение лица, - желудок давит. Режет. Не знаю, может, заеду в клинику к Павловскому.

- Может быть, скорую?! - Оксана пугается.

- Детка, все ок, - морщусь, - я напишу.

Покидаю новенькую квартиру Оксаны с трудом. Не столько из-за живота, сколько мешает пока ещё не опавшая эрекция.

Это играет в плюс моей легенде про проблемы со здоровьем.

Еле переставляю ноги."

"В машине некоторое время просто сижу. Думаю о вещах, максимально не связанных с Ромашкой. И я сейчас не о цветке.

Но кое-кто решает мне про нее напомнить. В самом прямом смысле. Хорошо, что эрекция все равно проходит без следа.

Для начала вижу на экране номер родителей.

- Да, мам.

- Привет, сынок, конечно… Но это наш общий телефон.

- Привет, пап… Что-то случилось?

Удивлен, если честно. На плечо ложится холодная лапа тревоги.

- Кхм…. - отец прокашливается. - Всегда считал, что воспитывать детей - прерогатива женщины. Но видимо, переборщил. Раз мой звонок сын воспринимает как плохие новости.

- Извини.

Немного стыдно, но что есть, то есть. Папа никогда сам не звонит. Максимум покрикивает в трубку между щебетом мамы.

- Ладно, - папа смеется, - все в порядке, успокойся.

- Слава Богу, - выдыхаю.

- Но я ругаться звоню.

Ну вот.

- Хмм… На тему?

- Почему мать расстраиваешь?!

В голове проносится десяток мыслей. От забытого дня рождения (но он у мамы зимой!) до подставы от Окс, и что я с ней за это сделаю.