Телохранитель для дочери генерала драконов

Искупаем тебя, причешу хвостик и будешь у меня самым красивым мальчиком. Все кошечки придут в восторг при виде такого жениха.

Слушая ее, котяра еще и лапы вытянул, наложив их на весьма аппетитную девичью грудь.

«Кастрирую!» — мысленно прорычал я.

Кот открыл второй глаз, зыркнул на меня и зевнул во всю пасть. Не впечатлился.

— Надо тебе имя придумать, — ворковала Касси. — Что-нибудь величественное.

Кот извернулся и подставил ей пузо, чтобы чесала и не отвлекалась на ерунду.У меня от злости скулы свело. Ну хорошо же все было. Касси с меня взгляда не сводила. С разговорами лезла. А теперь что?

— Может, фером? — она просияла. — Тебе бы подошло.

Котяра заурчал.

— Хотя это как-то банально, — она забавно поморщила носик. — А давай тебя Руньярдом назовем, а? Будешь важно гулять и все деревья на улице метить как свою территорию.

— Рыжик! — зарычал я грозно. — И никак иначе.

— Руни, ну это слишком просто? — Ничего не понимая, она уставилась на меня.

— Рыжик! — повторил я.

— Хм... Ладно, потом решим, — спорить она не стала, но и со мной не согласилась.

Кот заурчал сильнее, требуя к себе внимания.

— Мяска бы ему еще, — она снова принялась начесывать эту усатую морду.

Я же, стиснув челюсть, стегнул лошадку. За бричкой следовала и вторая кобылка. Вода в бурдюках имелась, одеяло для Кассандры тоже. И если бы кто-то не сожрал все наши съестные припасы, и причин бы не было останавливаться.

— Отпусти его, и пусть идет мышей полевых ловит, — не стерпел я.

— Ты что, — блохастый комок тут же был прижат к груди. — А вдруг потеряется. На него могут напасть волки. Нет! Жалко его.

Я обреченно вздохнул. Так и подмывало отправить кота обратно в те заросли, откуда я же его и выудил. Да только... Во-первых, действительно жалко. А во-вторых, никто мне этого уже не позволит.

Но оборачиваться зверем и бегать в этих дебрях в поисках зайцев совсем не хотелось. Да и не было добычи у дороги, а углубляться в лес и оставлять свою девочку одну — небезопасно.

— Касси, ему мяса достаточно. Лучше подумай, что теперь мы с тобой есть будем.

— Сухари? — Она заметалась по сумкам.

Кажется, до Касси только сейчас дошло, что этот её Рыжик... повелитель блох... оставил нас без провизии. Мгновение, и в её тёплых карих глазах появился испуг, затем смятение. И, наконец, ужас.

— Я... — её голос задрожал.

— Разберёмся, не переживай, — уже куда более спокойно произнёс я.

— Руни, прости, — она подалась вперёд, упираясь ладонью на дно брички, — я не подумала. Понимаешь, у меня никогда не было любимца. Отец говорил, что животные — это грязь. Он и лошадей не любил. Нас с сестрой кое-как обучили держаться в седле, а после заявили, что место женщины в карете. Да, чтобы мне позволили кошку вот так на руки взять... Никогда. Прости, но я от радости ни о чём не думала.