Телохранитель для Снежной

— Что она здесь делает? — Писклявый женский голос ворвался в пелену ее сна, безжалостно разрывая сладкие грезы в клочья и выдергивая в суровую реальность.

Симона резко распахнула глаза и села, пытаясь сообразить, что происходит. Мельком осмотрелась и поняла, что находится в палате Ильи и, видимо, заснула. Этого еще не хватало…

— Я же просила никого постороннего к нему не пускать! — продолжала вопить женщина в коридоре. Этот голос казался Симоне смутно знакомым, пока очередная догадка не пронзила ее. Наталья, бывшая жена Ильи. Неприятные мурашки поползли по позвоночнику, встречаться с этой женщиной хотелось меньше всего. Видела ее лишь однажды, когда Илью только доставили в больницу и шла операция. Она примчалась туда и закатила истерику, обвиняя Симону во всех смертных грехах. Сейчас, видимо, мало что изменилось.

— Симона Андреевна не посторонняя, — попыталась заступиться медсестра.

— Да-а? А кто же она?

— Она же оплачивает лечение, палату и вообще…

— Конечно! Сначала чуть не угробила, а теперь лечит! Лучше бы его семье денег дала!

— Зачем вы так?

— А как! Вот будет твой муж лежать при смерти…

Симона закрыла уши руками, чтобы не слышать всего этого. Каждое слово причиняло боль, заставляя сердце мучительно сжиматься, но она понимала, что должна быть сильной. Ради Ильи. Совсем скоро он придет в себя и разрешит эту идиотскую ситуацию между ними, а пока лучше не вступать в открытый конфликт. Сил, чтобы дать отпор Наталье, у нее просто не было, всю энергию Симона тратила на то, чтобы помочь Илье и физически, и морально.

Пора было уходить, чтобы не усугублять их и без того напряженную ситуацию. Она решительно поднялась и быстро привела себя в божеский вид. Реально смотрела на вещи и понимала, что испариться по щелчку пальцев не сможет, а это значило, что неприятной встречи все равно не избежать. Раз так, нужно закрыть вопрос как можно быстрее.

Собравшись, подошла к кровати и наклонилась к лицу Ильи, внимательно вглядываясь в родные черты. Что-то незримо изменилось, но пока она не могла понять что. Сердце привычно заныло, уходить и оставлять Илью одного не хотелось совершенно, но и остаться Симона не могла.

— До вечера, — грустно улыбнулась она и коснулась сухих губ своими. Прикрыв глаза, замерла на несколько секунд, впитывая те крохи счастья, что могла забрать себе, и отстранилась. Сжала на прощание его ладонь и направилась к выходу, инстинктивно готовясь к кровавой схватке.

Только Симона вышла в коридор, как сразу попала под обстрел испепеляющего взгляда Натальи. Увидев ее, та отстала наконец от медсестры и решительно направилась к ней.

— Может, объяснишь, что ты здесь делаешь? — кинулась сразу в атаку, уперев кулаки в бока.

Симона смерила ее надменным взглядом и иронично приподняла бровь.