Телохранитель для Снежной

— Скорее, — хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь сдавленный всхлип.

Сокрушенно качая головой, попятилась в противоположную от него сторону и, убедившись, что он идет за ней, развернулась и побежала обратно к Илье.

— Стой, блять! Куда? — орал вслед Стас, но Симона не сбавила скорости. Бежала вперед со всех ног, очень боясь опоздать.

Оказавшись около прохода в заборе, решительно пролезла внутрь и вздрогнула, увидев Юдина, лежавшего на земле в кровавой луже. Перешагнула через его тело и, заметив Илью, рванула к нему. Он был без сознания, на груди футболка потемнела, пропитавшись кровью. Закрыв рот ладонью, чтобы сдержать отчаянный крик, Симона рухнула перед ним на колени. Дрожащими руками очертила его тело, не решаясь прикоснуться.

— Илья… — тихо позвала она, захлебываясь слезами. — Не бросай меня, пожалуйста.

Наклонилась и прижалась губами к его прохладным губам, а ладонью накрыла сердце, отчетливо ощущая слабые толчки. Жизнь Ильи висела на волоске, но оно продолжало биться, а значит, еще не все потеряно.

— Не уходи, — взмолилась Симона и принялась покрывать поцелуями его бледное лицо. — Я не смогу без тебя… я не хочу без тебя…

— Твою мать! Скорую ко мне, быстро! — Где-то на заднем фоне она услышала голос Стаса, но никак не прореагировала, словно окаменела внутри, пропитавшись болью насквозь. — Ты как? — Он тронул ее за плечо.

Симона подняла на него потерянный взгляд, но не нашлась с ответом. Никак. Ее просто больше не стало.

Стас присел на корточки, проверил пульс на сонной артерии и, проскользив взглядом по телу, обнаружил место ранения. Зажал рукой, чтобы уменьшить кровотечение, и посмотрел на Симону.

— Все будет хорошо. Он сильный, выкарабкается.

Она послушно закивала, как болванчик, но ничего не ответила. Не переставая гладила Илью по лицу, надеясь, что он почувствует и вернется к ней. Слезы душили, выворачивая душу наизнанку, а отчаяние опутывало плотным коконом. Погрузившись в свое горе, как мантру повторяла его имя и молилась, чтобы выжил. Страх потери был таким сильным, что перебивал все остальные эмоции.

Симона пребывала где-то в своих мыслях, в своей вселенной. Не заметила даже, как появился народ, пришли врачи, кто-то пытался оттащить ее в сторону, но она упиралась до последнего, не желая оставлять Илью.

— Отпусти его, — рявкнул Стас, перехватив ее за запястья и потянул на себя.

— Нет-нет, пожалуйста, — взмолилась она и забилась в его руках."

"— Сим, так надо. — Он остался непреклонным. Оттащил ее в сторону, с трудом справляясь с сопротивлением. Симона вырывалась и билась в истерике, пока не ощутила, как острая боль пронзила плечо. Внезапно стало так хорошо и спокойно, она обмякла в руках Стаса и почувствовала, как ее куда-то несут.