Телохранитель для Снежной

В глубине души она догадывалась, но до последнего хотела верить, что ошибается.

Очень долго ничего не происходило. Абсолютная тишина и темнота царили вокруг, но глаза уже привыкли к ней, и очертания немногочисленных предметов легко угадывались.

Немного придя в себя, Симона встала и на негнущихся ногах отправилась изучать свою темницу. Добравшись до стены, двинулась по ней, ощупывая ладонями поверхность, пока не добралась до двери. Попробовала нажать на ручку и открыть, но ожидаемо ничего не получилось — дверь была заперта снаружи. Она негромко поскреблась в металлическое полотно и пошла дальше, пока не добралась до окна. Дотянуться было нереально, а что можно подставить, чтобы залезть выше, Симона не видела.

Отчаявшись, она опустилась на пол, подтянула колени к груди и тихо заскулила. Тяжелые шаги послышались за дверью, и звук открывающейся щеколды эхом разнесся по помещению. Симона вздрогнула от неожиданности и лихорадочно поползла, пока не оказалась в углу. Дверь медленно открылась, и она увидела темную фигуру в луче света.

Яркий свет, внезапно озаривший пространство, ослепил и заставил зажмуриться. Симона закрыла лицо руками и сквозь щель между пальцами пыталась рассмотреть тюремщика, но глаза нещадно резало. Тем временем шаги медленно приближались.

— Здравствуй, Симона, — услышала она до боли знакомый голос и едва не грохнулась в обморок. Ее тело сотрясала нервная дрожь, а сердце готово было выпрыгнуть из груди от ужаса. Самый страшный кошмар предстал наяву. — Вот и встретились снова…

Превозмогая резь в глазах, Симона посмотрела наверх и внутренне сжалась, превратившись в маленькую беззащитную девочку. Юдин стоял перед ней и довольно ухмылялся. Именно таким она его и запомнила. Мерзкий, гадкий, противный...

— Н-не подходите ко мне, — заикаясь, прошептала она одними губами и судорожно сглотнула ком в горле. Паника, отчаянная и неконтролируемая, накатила внезапно, лишая возможности мыслить и двигаться. Раскрытыми от ужаса глазами Симона смотрела на то, как он опускается перед ней на корточки, и не могла пошевелиться. Ее словно парализовало от страха.

— Ну что ты, девочка моя, — с придыханием произнес Михаил, окинул ее сладострастным взглядом и попытался дотронуться до щеки. Симона резко дернулась и ударилась головой о стену. Боль мгновенно отрезвила и вернула в реальность.

— Не смейте меня трогать, — процедила она сквозь зубы и решительно поднялась на ноги. Стараясь глубоко дышать, чтобы не поддаться эмоциям, лихорадочно искала пути к спасению, но не находила. Она была в ловушке.

— Хорошо-хорошо. — Михаил тоже встал и примирительно поднял руки. — Не трогаю.

— Что вам нужно?

— Какой же ты стала роскошной… — Он осмотрел ее с головы до ног и довольно усмехнулся.